Виртуальный меч Сталина полностью

Вообще, арест Ванникова выделяется из множества других арестов тех лет. Во–первых, формулировка: не военно–фашистский заговор, не троцкистско–террористическая контрреволюционная деятельность, а просто «не справился с работой». В чем это заключалось неизвестно, но за такое вроде и арестовывать не должны. Не справился с работой наркома, назначь директором, мастером, дворником, в конце концов, и все дела. Во–вторых, в отличии от других контрреволюционеров, не справившийся с работой Ванников уже 25 июля 1941 г. был освобожден «на основании указания директивных органов» и назначен заместителем Устинова. То ли Устинов не справлялся, то ли вдруг в ходе войны выяснилось, что Ванников в чем–то был прав. Правда, по словам сына Берии, Ванников был приговорен таки к расстрелу и спас его от смерти, естественно, Л. П. Берия [Берия, 1, с.233].

Но вернемся к нашим пулеметам. Пока наша пехота сражалась с немцами допотопными «максимами», никому неизвестный Горюнов без всяких санкций разработал свой пулемет. Он обладал всеми достоинствами ДС, и избавлен от недостатков. Но!

«Работа советских оружейников по созданию новых образцов постоянно находилась в поле зрения И. В. Сталина. Он имел с ними неоднократные встречи, следил за ходом испытаний, беседовал по телефону, давал личные указания. Такая заинтересованность, имевшая немалое положительное значение, подчас ограничивало возможности конструкторов и могла затруднить выбор наилучшей системы. Так, в частности, было со станковым пулеметом, к созданию которого он проявлял повышенный интерес. Сталин хорошо знал Дегтярева, верил в его талант и не без основания считал его непререкаемым авторитетом в пулеметном деле. Он не допускал мысли, что кто либо из конструкторов может превзойти Дегтярева в этой области. И новые, ничего не говорившие ему имена вызывали у него настороженность. Считая, что одновременная работа над различными системами поведет к распылению сил и средств, что в условиях военного времени было не допустимым, Сталин незадолго до начала испытаний, 7 апреля 1943 г., предложил Д. Ф. Устинову при создании конструкторами нового пулемета «принять за основу пулемет ДС обр.1939 г. на упрощенном универсальном станке» [2, с.191–192].

Уж не знаю, какие ЦУ «лучшего друга оружейников» имели немалое положительное значение, но весь опыт изучения истории создания любого советского оружия свидетельствует: лучшие образцы создавались в СССР без указаний Сталина, чуть ли не подпольно. А любое дело, которое он брал на контроль проваливалось. Уж если и было в СССР вредительство, то главным вредителем был сам Вождь. Так было и с пулеметами. Пока, наконец, сам Дегтярев не сказал Сталину, «что пулемет Горюнова проще, надежнее, чем его пулемет, промышленность может его быстро освоить и поэтому следует принять его на вооружение» [2, с.193].

Так лишь большой авторитет и гражданское мужество Дегтярева дал Красной Армии вполне приличный пулемет, пусть и не его собственной конструкции.

Литература.

[1] Берия С. Л. Мой отец Берия. М.: Олма — Пресс, 2002.

[2] Болотин Д. Н. Советское стрелковое оружие. М.: Воениздат, 1986.

[3] Ванников Б. Л.. Записки наркома. Знамя, 1–2'1988

[4] Новиков В. Н. Накануне и в дни испытаний. М.: Политиздат, 1988.

[5] Русский Архив. Т.25(14). Тыл Красной Армии в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. Документы и материалы: М.: Терра, 1998.

[6] Устинов Д. Ф. Во имя победы. Записки наркома вооружения. М.: Воениздат, 1988.