– Нет, – мотнул головой Райделл. – Продажные копы были и будут, но это никак не зависит…
– А вот приедем мы в Лос-Анджелес – и что же дальше?
Райделл не ответил. Через несколько секунд Шеветта услышала тихое, мирное похрапывание.
Райделл открыл глаза.
Машина не двигалась.
Он выпростал из-под живота левую руку, включил подсветку циферблата. Три пятнадцать ночи. Шеветта Вашинг-тон спит без задних ног, куртку свою она так и не сняла. Словно и не девушка лежит рядом с тобой, а старый драный чемодан.
Райделл перевернулся на другой бок, нащупал и приподнял оконную шторку. И тут темно, и там темно.
Ему снился урок миссис Армбрастер. Начальная школа имени Оливера Норта, пятый класс. Их распускают по домам – Лёрнингнет настоятельно рекомендует закрыть все школы Теннесси и обеих Виргиний на недельный карантин по канзасскому гриппу. Перед началом занятий медсестры разложили по партам гигиенические респираторы, теперь лица всех ребят укрыты за белыми бумажными масками, не сразу и поймешь, кто здесь кто. Миссис Армбрастер объясняет значение слова «пандемия». Поппи Маркова (буфера у нее – чистый отпад) поднимает руку и говорит миссис Армбрастер: «А вот папа сказал, что канзасский грипп убивает почти мгновенно, вышел из дома вроде здоровый, а по дороге к автобусу упал и умер». Миссис Армбрастер – у нее маска своя, покупная, из микропоры – начинает объяснять слово «паника», связывая его с «пандемией» по общему корню «пан», но тут Райделл проснулся.
Он скинул ноги на пол, осторожно потрогал голову. Болит. И насморк вроде начинается. Канзасский грипп. А то и лихорадка Мокола.
– Только без паники, – приказал себе Райделл.
А как тут без паники?
Он встал, подошел к двери, из-под которой пробивалась узенькая полоска света. Нащупал ручку, нажал и чуть приоткрыл дверь.
– Ну как, выспался?
Золотой высверк улыбки. И черный зрачок маленького тупорылого пистолета. Убийца развернул пассажирское– сиденье влево и откинул спинку. Взгромоздил сапоги на среднее сиденье. Лампочка под потолком едва горит.
– Где миссис Эллиот?
– Миссис Эллиот ушла.
– На кого она работает? – Райделл распахнул дверь до упора. – На вас?
– Нет. – Улыбка стала еще шире. – На «Интенсекьюр».
– Так они что, специально отправили ее тем же рейсом? Чтобы за мной приглядывала?
Равнодушное пожатие плечами. Райделл обратил внимание, что пистолет при этом даже не шелохнулся. А еще – что рука, сжимающая пистолет, обтянута тонкой хирургической перчаткой. И что плащ на мужике тот же самый, в котором он вылез из полицейской машины, – длинный такой, вроде австралийского пыльника, только из черной микропоры.
– Как она сумела перехватить нас на улице?
– Уорбэйби совсем не такой придурок, как можно бы подумать. Тебя вели от самого моста.
– Как же это я не заметил?
– А тебе и не полагалось.
– Слушай, ты скажи мне одну вещь… Это ведь ты замочил в гостинице этого, как его, Бликса, да?
Тусклые глаза над черным зрачком пистолета. Такой маленький калибр не обеспечивает хорошей убойной силы.
– А тебе-то какое дело? – удивился убийца.
– Я видел снимки, как все это было, – объяснил Райделл. – А смотрю на тебя – нормальный вроде мужик.
– Работа у меня такая.
Ясненько, подумал Райделл. Одни баранку крутят, другие картошку жарят, а третьи – вот так. Каждому свое. Справа от двери располагаются столик с холодильником и раковина, так что в ту сторону не нырнешь. А если налево, этот тип прошьет очередью переборку, чего доброго и девушку зацепит.
– И думать не моги.
– О чем?
– Об этой срани. О героических поступках. – Золотозубый скинул ноги с кресла. – Делай, как я скажу. Медленно.
Монотонный, почти гипнотизирующий голос. Как ветеринар с кобылой.
Райделл сделал все по сказанному и застыл. Снаружи – полная непроглядная тьма.
– А где мы? – поинтересовался он.
– Ты любишь моллы? Как там у вас, в Ноксвилле? – тоже есть моллы?
Райделл покосился на него, но смолчал.
– Я
– Да, у нас есть моллы.
– А вот этому моллу не повезло. Хилая была коммерция.
Райделл стиснул мягкую, обтянутую губчатой резиной баранку.
– Расслабься.
Громкий стук, наверное, сапогом по переборке.
– Мисс Вашингтон! Восстаньте ото сна! Почтите нас своим присутствием!
Райделл услышал два глухих удара – проснувшись, Шеветта попыталась вскочить на ноги, ударилась головой о потолок и упала с кровати. А затем в ветровом стекле появилось бледное отражение ее лица.
Тут бы другая хлопнулась в обморок. Другая.
– Ты убил Сэмми Сэла, – сказала Шеветта.
– А ты меня чуть током не поджарила, – сказал золотозубый и беззлобно улыбнулся. – Сейчас ты пойдешь вперед, повернешься, сядешь на центральную панель лицом сюда. Никаких резких движений. Так, правильно. Теперь наклонись и положи руки на кресло.
