Я обернулся, и она поцеловала меня. Она казалась полной противоположностью Амелии. Больше походила на меня, была несчастная, встрепанная, но стояла совсем рядом, обнимала меня, а я слышал, как в ее груди бьется сердце. Когда она разделась… Раздетая, она выглядела более нагой, чем Амелия. Более бледной и беспомощной.
Было и хорошо, и тошно, и все кончилось слишком быстро. Когда мы лежали, обнявшись, я услышал слабый сигнал из-под кровати.
— Что это за звуки? — спросила она.
Я вскочил и вытащил из-под кровати обувную коробку. Очередной звонок от моего доброжелателя из ФБР?
— Кто это? — Люси заглянула в коробку.
Сигналил красный пейджер. Человек из Детройта.
Хозяин вызывает, мысленно ответил я. На этот раз — настоящий.
Я понимал, что все складывается неправдоподобно хорошо. Чувствовал, что где-то должен быть подвох. Но пока мне было все равно. Я находился за домом Маршей, но не копал яму, а сидел в кресле рядом с Амелией.
С официального разрешения ее отца.
Почему-то теперь все ощущалось иначе. Глубокой ночью становишься совсем другим человеком. А сейчас… мы видели дневные сущности друг друга. Два подростка семнадцати с половиной лет из разных школ и разных миров. Из которых говорить умел только один.
Амелия нашла пару больших блокнотов и несколько карандашей, и час с лишним мы рисовали самих себя, занимающихся рисованием. На ее лицо падала прядь волос, на моем лице застыло выражение преувеличенной серьезности на грани печали. И меланхолии. Мой портрет, нарисованный Амелией, удивил меня: этот день стал для меня первым счастливым днем из последней тысячи дней. Как же тогда я выглядел раньше?
Прошло еще два часа, время близилось к четырем. Поразительно, насколько быстрее летит время, когда не копаешь землю, задыхаясь от натуги.
Перейдем сразу к барбекю, которое началось несколько часов спустя. С каждой минутой события этого дня казались мне все более невероятными. Я сидел во главе стола для пикников, рядом с Амелией. Держал в руке банку пива — за три с половиной года до получения законного права употреблять его. Но кому какое дело жарким летним вечером? Единственным облачком на чистом небе стал брат Амелии, Адам, приехавший на один день из Ист-Лансинга. Как только он увидел меня, на его лице отразилось непреодолимое желание меня убить. Он был в драной безрукавке, мышцы играли на обнаженных руках так, будто под кожей в них были спрятаны кокосы.
— Ты и есть тот самый мелкий хулиган, который вломился к нам в дом? — процедил он.
Мне на помощь пришел мистер Марш. Он объяснил сыну, что я честно искупил вину, так что меня надо оставить в покое. Но даже после этого Адам продолжал испепелять меня взглядом. К нему в гости явилось пятеро футболистов лейклендской команды, и ожидалось еще несколько. Мистер Марш жарил на гриле хот-доги и гамбургеры, с трудом успевая утолять аппетит гостей.
Амелия незаметно взяла меня за руку, переплела свои пальцы с моими и засмотрелась на ночное небо.
— В такие вечера, — произнесла она тихо, чтобы услышал только я, — кажется, что мы приятная, нормальная, счастливая семья.
Она повернулась и посмотрела мне в глаза:
— Не верь. Ни на секунду.
Быстро темнело. На небо вышла луна. Над грилем вился дымок. Мистер Марш принес CD-плеер и включил «Beach Boys» — видимо, свою любимую группу. Когда наконец прибыл его партнер мистер Слейд, я сразу вспомнил, что видел его накануне. Это он подошел ко мне, несколько минут смотрел, как я копаю яму, а потом удалился в дом к мистеру Маршу. Сегодня он опять был в костюме с галстуком.
Дождавшись, когда Амелия уйдет на минуту в дом, мистер Марш отвел меня в сторону и официально представил гостя.
— Майкл, познакомься с Джерри Слейдом. Моим партнером.
— А мы уже знакомы, — отозвался Слейд, пожимая мне руку. — Рад снова тебя видеть.
— По-моему, Джерри не верится, что ты и вправду умеешь… все, что умеешь, — запнувшись, договорил мистер Марш. — Как думаешь, может, стоит показать ему?
Меня спасла вернувшаяся Амелия.
Мистер Марш, придерживая меня за локоть, прошептал на ухо:
— Еще успеем, попозже.
Он хлопнул меня по спине и отошел к грилю.
Через пару часов Адам с товарищами укатили на какую-то вечеринку. Мы остались вчетвером.
— Парню давно пора спать, — объявил мистер Марш, обнимая меня за плечи. — Завтра ему опять копать.
— А я думала, с этим покончено, — возразила Амелия.
— Детка, я же просто шучу. Ну, пожелайте друг другу спокойной ночи. Кстати, ты не мог бы заглянуть ко мне в кабинет, Майкл? Хочу спросить у тебя кое-что насчет нашего трудового соглашения.
Они с Джерри ушли в дом. На темном заднем дворе стало тихо.
— Чего он от тебя хочет? — спросила Амелия, обнимая меня. — Зачем приехал мистер Слейд? От него у меня мурашки по коже.
Я покачал головой. Провалиться мне на месте, если я понимал, что происходит.
— Будь осторожен, хорошо?
Я не знал, как отнестись к этому предупреждению.
Амелия поцеловала меня, пожелала доброй ночи и ушла к себе.
Я вошел в кабинет. Оба мужчины стояли под гигантской рыбиной. Увидев меня, мистер Марш достал кожаный футляр и вручил его мне.
