Сегодня мы расплачиваемся за преждевременное умиротворение. Виноват ли я? Или Черч? Или же это общеполитический просчет? Если выживу сегодня, тщательно обдумаю эти вопросы, однако социальная философия ничем не помогает в бою, поэтому я двинулся дальше.
Признаков приближающегося подкрепления по-прежнему не было. Я крался по темным комнатам, поскольку попытки включить свет в коридоре и нескольких кабинетах не удались. Кто-то, должно быть, вывернул пробки. Единственным источником освещения оставались горящие тусклым красным огнем лампочки сигнализации. Пришлось заглядывать буквально в каждый чулан, чтобы выяснить, нет ли там первой леди или агента О’Брайана, и все дорогу я ощущал на лбу горячую точку, словно Олли Браун навел на меня лазерный прицел и выжидал подходящего момента, чтобы пробить мне билет в один конец.
Миновав пять помещений, я услышал чавкающие звуки, доносящиеся из-за ряда столов в глубине. О, неужели?.. Меня охватило отвращение. Смотреть туда не хотелось, но выбора не было. Снова взявшись за свой любимый сорок пятый калибр, я на цыпочках обогнул столы.
На коленях стояли трое, склонив головы, словно львы вокруг поверженной зебры. Две женщины и мужчина в обычных деловых костюмах, с беджами работников Центра. Их руки и рты почернели от крови. Перед ними лежал труп агента службы безопасности.
Желчь подкатила к горлу, и я сглотнул. Едва слышно, но бродяги сразу подняли головы, как это делают хищники. Одна из женщин зашипела.
Я убил ее выстрелом в голову. Тварь отбросило назад, и она повалилась на убитого. Их поза чудовищным образом имитировала интимную близость.
Оставшиеся двое поднялись и пошли, но я был наготове.
Две пули, два трупа.
Я посмотрел на тела зомби, затем на мертвеца с вырванным горлом. Оживет ли он, или же подобные повреждения не под силу исправить ранозаживляющему патогену? Я нацелил пистолет ему в голову. Когда мои пальцы легли на курок, в глубине коридора раздался голос Старшего, звавшего меня по имени.
И тут возле своих ног я уловил первое слабое подрагивание — некая чудовищная сила запустила двигатели, которые должны были превратить этого павшего героя в бессмертного убийцу…
Вдруг откуда-то донесся крик первой леди.
Голь развернулся и направил пистолет в сумрак. Пятеро толпились в узком проходе, их босые ноги шаркали по полу. В слабом свечении светодиодных панелей их лица казались призрачно-белыми, зато рты и глаза были черны, как смертный грех.
Он узнал одного из монстров: Калид, солдат эль-Муджахида, который первым стал брать у Голя деньги, служа лично ему. Себастьяну он нравился. Когда-то собранный и сильный, сейчас он выглядел просто мертвым. Обвисшая кожа на голове, вяло раззявленный рот. Калид издал стон животного голода.
— Прости, — прошептал Голь. Его первый выстрел угодил зомби в плечо, он отшатнулся в сторону и распростертыми руками хлестнул по лицу второго бродяги. Если бы Себастьян видел эту сцену в кино, она показалась бы ему комичной, пронизанной черным юмором, однако это была не комедия про оживших мертвецов, не пантомима по Би-би-си. Надвигалась смерть. Голя охватил леденящий ужас.
Другие твари толкали Калида, поэтому он продолжал ковылять вперед, хотя и смотрел в другую сторону. Несомый невидимым потоком обломок из недр ада… Голь поперхнулся и снова нажал на курок. Череп Калида лопнул, он упал. Двое споткнулись об него, рухнули на жесткий бетон. Голь прицелился каждому из них в голову и попал, но остальные бродяги уже лезли на него, губы их шевелились. Запах крови и разложения отравил спертый воздух.
Голь палил без остановки. Позади, сквозь узкую щель в стене, доносился безумный смех Амиры.
— Ради бога… помогите! — Младший сенатор от штата Алабама поднял голову и умоляюще смотрел на Грейс Кортленд. Его загорелое лицо, пышущее здоровым румянцем, постепенно приобретало пергаментный оттенок. У него на щеке было две царапины от угодивших туда стеклянных дротиков.
Грейс подняла пистолет и нацелила на него.
— Встаньте к стене, сэр, — произнесла она натянуто.
— Я не… чувствую ничего… — Он потряс головой, словно пытаясь привести в порядок мысли. — Я… болен.
— Сэр… ради бога, прошу вас, встаньте к стене вместе с остальными.
У нее за спиной раздался пронзительный женский голос:
— Агент, какого черта вы здесь вытворяете? Немедленно опустите оружие!
Уже не в первый раз за последние несколько минут жена вице-президента принималась на нее орать. Грейс не шевельнулась.