Отбрехивался, от детских приставаний как мог. Временами как настоящий отец. Как действует настоящий родитель? Брехт рядом не стоял, вместе со Споком и Макаренко. Что предлагаешь непоседе, вместо развивающих игр и дурацких, душещипательных бесед о нравственном долге перед обществом? Заявляешь прямо — отстань противный ребенок, разве ты не видишь, что родитель занят важными делами?! Иди займись самовоспитанием, самообразованием, помой посуду, вытри под носом, подмети пол и вымой наконец за собой чашку, гаденыш! Только подневольный труд на пользу семье и родителям, делает из вредного ребенка, приличного члена общества.
Чем хороший ребенок, отличается от плохого? Тем, что не пристает к взрослым, а молча выполняет приказы и распоряжения старшего по квартире. Хорошая семья держится на безрассуждающей дисциплине. Когда вырастешь, тогда возможно разрешим вякать, а пока — упал — отжался десять раз. Строевым галопом выполнять поручение отца-командира! Дедовщина — не только затасканный отрицательный термин, вышедший из уголовных, армейских дел, но и замечательная семейная традиция. Слово старшего — закон для подчиненного, и какое дело ефрейтору, что тебе — желторотый баклан, сказал командир батальона, если дедушка из родного взвода приказал срочно клеить дембельский альбом! По печени гаду, по печени и чистить гальюн! Явно перебарщиваю, но за пивом, в ближайший ларек салагу бы сгонял…
Сладки бесцельные мысли и переживания, не обремененные тяжелым, нудным трудом на родное государство.
Конечно, получается не так, как представляется в розовых мечтах. Пытался кроить строгое лицо, но тупо бегал за Кузьмой по скользкой траве, играя в догонялки. Да, да — Василий Кастрюлькин, почти взрослый и мудрый изначально, играл в тупоумные детские игры, без малейшей надежды, хоть раз догнать пасынка и врезать ему по хвосту босой ногой, или пусть маленькой веточкой. С хваталку толщиной. И честно пытался петь песни — тупо и негромко мыча, сквозь крепко стиснутые от злости зубы. И сказки придумывал. Только выходили они скучные и однообразные. Дед за репку, бабка за бабки, баю-бай, спи скотина, засыпай…
Но чаще находил веские причины, чтобы ускользнуть от вопросов воспитания. Если считать важным делом валяние на траве, ковыряние в сопелках и мучительное раздумье о несправедливо устроенном мире…
Почему когда хорошо, то стараешься думать о плохом? Чтобы было лучше! Лично придумал, когда валялся на траве, отправив Куртуаза на водопой. Когда за спиной не висят великие предки и ты сам себе оратор, философ и мудрец, любая высказанная вслух мысль гениальна. Кроме меня, никто, никогда не говорил. Здорово. Любая банальность, вылетевшая случайно из рта — перл и стопроцентный афоризм. Не верите? Жизнь — прекрасна. Ну и кто презрительно скорчит физиономию и покрутит пальцем у виска — фи, мол, слышали и не раз. А нет никого, я один, как дурак, не считая Кузю. Оппонентов нет. Шибко умных и больных на голову — тоже. Очередной афоризм. Жизнь прожить — не поле перейти. Действительно. Сколько не ходил по полю туда — обратно, жисть получается длиннее. Ну и кто возразит, кто поспорит? Я первооткрыватель! Моя заслуженная слава! Жаль, никто не подтвердит.
Еще что, а сколько новых открытий свершил, не перечесть по пальцам. Кстати, слово пальцы, лично придумал, как и много других полезных слов. Пришел к удивительному выводу — ходилки — скорее всего ноги, а хваталки — руки. На них торчат не щупальца, грязные отростки, жирные сосиски и грабли, а пальцы, пальчики. Один палец, самый толстый — назвал большим, другой хотел назвать ковырятельным в носу, но передумал и решил назвать указательным. Мало ли, буду большим начальником, чем грозить подлым, ленивым работникам и показывать, что именно и где копать? Средний палец — назвал средним, им очень удобно, показывать неприличный американский жест, безымянный — безымянным. Толку от него — ноль, но не быть же четырехпалым, что я, лягушка? Самый маленький пальчик и самый любимый решил назвать мизинцем. Потому что размером с мизинец и очень удобно ковырять не только в носу, но и в ушах. Жеманно, аристократически оттопыривать, когда пьешь английский чай на файв-о-клоке, но пока чашек нет и компании джентльменов рядом не заметно.
Решил по аналогии и на ногах каждый палец обозвать, но не нашел оригинальным названиям, реального применения и решил оставить труд потомкам, хотя копыта как у Кузи лучше. Подкову прибил и скачи круглый год без обуви, а тут валенки, сандалии, ажурные чулки, с вонючими носками…
Не давала покоя мысль как назвать висюльку между ног, но в голову приходили одни непристойности и нецензурные слова. Нет. Не может быть. Обзывать предмет скабрезным выражением, не зная для каких целей предназначен, не поворачивался язык. Суровая диалектика — как вещь назовешь, для того и служить будет. Нехорошо. Подождем немного, пусть определяется в ориентации.
