— Третий раз пол моешь. Доски блестят, как у кота…, впрочем, жажда не мучает? Родниковой водички не хочешь? Устала, измаялась.
— Если б неблагодарные лентяи, не топтались по чистому полу, давно бы закончила уборку. Из какого ручья воду взял?
— Из крайнего. — Неопределенно объяснил, пожимая плечами. — Тот, что показывала вначале. С горячей любовью.
— Врешь? На мышках не проверял — значит отравить хочешь. — Сделала неожиданный вывод Любовь, продолжая тереть усердно пол. — Не получится коварный предатель. Не дождешься. Пока в домике и дворе не приберусь, крупу не переберу, посуду не перемою, очаг прочищу, никаких перекуров. И вообще Вася, иди-ка отсюда, проваливай из пещеры. Мне новая любовь понравилась. Практичное чувство. На душе хорошо и в доме порядок. Лепота…
Девушка в опасности. Срочно спасать, пока не протерла доски до дыр. Непонятно другое — почему хозяйку колбасит по полной, а мне ни фига? Часть любви действует сильнее? Проверим на практике. Добьемся правды силой и обманом. Поставил ведро рядом с Любовью и озабоченно поинтересовался.
— Ты не болеешь Люба? На тебе лица нет.
— Как нет? — Встревожилась хозяйка, мгновенно оторвавшись от работы и принялась суматошно ощупывать лицо. Что доказывает очевидные истины — на первом месте у женского пола — внешность, и лишь потом — внутренность. Недоверчиво переспросила. — Обманываешь Вася? Учти, шуток над красотой не понимаю. Обижусь. Обломаешься.
— Погляди в отражение, увидишь. —
Ближе пододвинул полное ведро. Едва Люба склонилась над отражением, стремительно надавил на затылок, погружая лицо хозяйки в воду по уши. Не ожидавшая подлости, Любовь инстинктивно сделала вдох, глотая воду, и попыталась вырваться из ведра. Дальше издеваться не стал, отпустил, на всякий случай отскочив в сторону. Неизвестно как отблагодарят после исцеления, подождем признательности в стороне. За печкой. Новая микстура подействовала необыкновенно быстро. Едва Любовь откашлялась, как тут же небрежно отбросила половую тряпку в сторону. Ждем результатов дальше.
— Фу… отлегло. — Любовь перевела дух, вытерла ладонью лицо, стряхивая воду и устало села на пол. — Спасибо Вася. Спас. Чуть не погибла от страстной любви к чистоте. А точно вода из ручья с горячей любовью? Холодная.
— Какая разница, главное помогло. — Схватив кружку со стола, зачерпнул от души из ведра и залпом выпил, подтверждая безвредность изобретенной микстуры. — Но если откровенно, из всех ручьев любовь брал. По порядку. Никакого отрицательного эффекта. На себе геройски испробовал. Эксперимент закончился успехом!
— Ты что Кастрюлькин? С печки упал? Что супостат наделал? Ты меня, жизни лишил! — Испуганно вскрикнула Любовь, вскакивая с пола и закрывая лицо. — Ой, мама дорогая! Что будет, что начнется…
— Ерунда, не начнется. — Снисходительно улыбнулся и похлопал по животу. — Три полных кружки залил, как ягодку с куста сорвал. Лекарство в пользу. Внутренности промыл, в голове ясность.
— Тебе в пользу, а я сотню лет живу. — Не отрывая рук от лица, простонала Любовь. — Только за счет любви и держалась…
— Не говори загадками, объясни по человечески. — Не понял, но встревожился. Опять что-то натворил? Будет жаль.
— По человечески? — Всхлипывая, переспросила Любовь, медленно отрывая руки от лица… Вместе с косметикой, кожей и волосами. Заблестели кости черепа, глазные яблоки, разъехались в разные стороны и выпали, повиснув на сереньких ниточках. — Как вид? Намек увидел? Объяснять дальше?
— Ага. — Пролепетал, пытаясь упасть в спасительный обморок, но природное любопытство, удерживало вскипающие ужасом мозги, от мгновенного беспамятства. Что наделал, что натворил, зачем сунуло в неоправданные эксперименты? Я же не хотел! Любовь вернись.
— Я — Бессменный Хранитель и Вечный Страж. Любовь принадлежала мне и никто без разрешения не пользоваться источниками. За добросовестную службу имела право жить долго, любить кого хочу, при одном условии — пользоваться разумно.
— Но чисто помочь…
— Заставь дурака… — Прохрипела умирающая хозяйка, Без губ, дикция резко изменилась, язык болтался между зубов, как красная тряпка тореадора. — Проморгала опасность, расслабилась за годы… По своей вине нарушила правила и должна уйти. Выбрал судьбу. Оставайся исполнять роль сторожа…
— Зачем уходить? — Испугался окончательно. — Люба не говори ерунды, ты самый замечательный страх и хранитель, а мне некогда оставаться. Другие дела ждут.
— Забудь. Натворил — расхлебывай. Кто будет охранять любовь от круглых дур, и полных идиотов? Тот, кто принадлежит к породе.
— Да нафиг, пусть пользуются.
— Нельзя. Для чего древние мудрецы разделили любовь на части? — Говорить хозяйке становилась тяжелее, и на ногах держаться не проще, но мужественно терпела мучения, продолжая осыпаться на части. Зрелище не для слабонервных. Умру, не приходя в сознание. Назидательно продолжила. — Чтобы людям легче жилось, наступил на земле золотой век и наступила благодать.
— Что-то не заметил счастья в мире. Народ мучается от души.
