Было тихо и холодно. Пётр, к своему удивлению, как-то очень даже резво поднялся со своего ложа. Обвёл взглядом помещение, как будто видел его в первый раз.
Странный сон словно прибавил ему сил, и он нажал на кнопку переговорного устройства. На той стороне сразу же отозвался Черногрыз.
– Ты как?
– Могло быть и хуже, – попытался пошутить Пётр. Вышло это как-то не очень уверенно.
– Включи запись. Боюсь, долго говорить не смогу, – Скворцов допил воду из стакана и отодвинул его на край тумбочки.
– Сделано, – доложил Семён.
– Колонии микроорганизмов могут сорганизовывать свою деятельность на основе морфогенетических полей, и тем самым их совокупность, превышающая некую критическую величину, может переходить предел самоорганизации. Вслед за чем можно допустить возникновение у этой совокупности «роевого» интеллекта77. А поскольку поля и излучения, составляющие субстрат того, что называют «морфогенетическим полем», фактически не имеют преград и распространяются со скоростями, возможно, даже более высокими, чем скорость света, то численность колонии микроорганизмов, необходимая для возникновения такого надсистемного разума, совсем не обязательно должна быть сосредоточена в одном заражённом организме. А может быть распределена сразу по многим таким организмам! Если расшифровать спектр излучений, которым обмениваются возбудители той болезни, что поразила человечество, то можно создать антиспектр. И облучив им организм, хотя бы приостановить дальнейшее развитие болезни! Тем более что наработки такого рода воздействий методом биорезонансной терапии есть и в большом количестве78. Но они работают в основном при физическом контакте пациента с прибором-излучателем. А если верна эта гипотеза, то можно применить этот же метод дистантно. И массово! Хотя, впрочем, даже если верным окажется лишь первая часть предположений и удастся лишь найти «спектр общения» микробов друг с другом и сигналы стимулирования роста колоний до уровня порога самоорганизации, уже будет хорошо. Ведь инвертируя их с помощью даже стандартного биорезонансного прибора, можно будет останавливать развитие болезни, – последние слова Пётр сказал уже шепотом.
– Петя, ты гений, – выдохнул в микрофон Черногрыз. И уже в другой микрофон буквально закричал: «Зоя Фёдоровна, Зоя Фёдоровна!»
Совещание было непродолжительным.
Гипотезу Скворцова обсудили с профессором Тельновым. А тот передал ее специалистам братства. Которые нашли ей применение в работе по восстановлению механизма действия индусского заклинания. Поэтому в ответ Тельнову передали ряд наработок по этому направлению, чтобы тот в свою очередь, выдав их частично за свои, а частично за ставшие ему известными результаты других лабораторий (хотя бы того же Загорска-6 и «микробов»79), сообщил их Скворцову и живо подхватившему это направление исследований Черногрызу. Глядишь, обостренный борьбой за жизнь, разум Петра сможет выдать что-то, что позволит наконец совершить прорыв в расшифровке древнего индусского способа, а главное, поскольку метод воздействия на микроорганизмы то получается волновой, то, может быть, удастся создать некие генераторы, которые смогут приостановить развитие болезни сразу по всей планете. Эдакую «волновую вакцину» или «волновое лекарство»!
– Андрюха, вставай, мы проспали, – Парамонов вскочил, так до конца не проснувшись, натянул майку и теперь пытался попасть одной ногой в штанину спортивного костюма.
– Это вы, сударь, дрыхнете, как сурок зимой, – Андрей выглянул из проема двери, протирая полотенцем вилку из столового серебра.
Денис Владимирович от удивления застыл, даже не натянув до конца штаны.
На Андрее была белоснежная рубашка, а наглаженные брюки прикрывал аккуратный передник. На ногах были лакированные туфли!
Залысины поблескивали то ли от выступившего пота, то ли от мокрых гладко причесанных волос. Андрей жестом поманил его и указал на проем двери. В центре гостиной стоял сервированный по всем правилам большой овальный стол. На котором, отражая пробивающиеся через открытые окна солнечные лучи, поблёскивала посуда. Протиснувшись мимо от изумления застрявшего в проёме Парамонова, Андрей поправил несколько накрахмаленных салфеток и положил к одному из наборов столовых приборов недостающую вилку.
– Ну, вы довольны, мой дорогой? – он слегка поклонился журналисту, манерно перекинув через руку полотенце.
– Сколько я тебя знаю, не перестаю удивляться, – улыбнулся Парамонов. – Генеральша в обморок упадет. Ладно, я в душ. Надо же тебе соответствовать, – подмигнул и, прямо на ходу начав стягивать с себя майку, ушёл, насвистывая что-то из Deep Purple.
