Топот прекратился. Еж присел прямо на пол -- отдышаться. Дилин принадлежал к самому старому племени, которое только помнили необъятные хроники Академии. Предки его поддержали Седую Вершину первыми и во всем. А происходило это еще тогда, когда Академия высилась одинокой громадой на диком склоне, и не было ни города Исток Ветров, ни самого слова "Лес". Что было? Три ежиных племени; неудачливая волчья стая, да два десятка людей, вылезших из-под гор, и собравших все это вместе... Нынче невидимый маховик крутится все тяжелей, и подминает все больше. Лес шагнул за Великую Реку, пережил и Войну Берегов, и Год Лемминга, и вторжение Болотного Короля... Сотни и сотни лет; деревья в Лесу -- и те сменили несколько поколений! А племя Дилина по-прежнему живет в горах вокруг Истока, и все также самым страшным оскорблением для него будет кусочек сахара - хотя ежи пьют молоко, а сахару не ели отродясь. "Продались за сахар!" -- так говорят потомкам племенродоначальников Леса. То есть, говорят те, кто пожелает обидеть их; ну и те, кому недорога жизнь... Тем временем Великая Река течет и течет себе, смывая листья и поколения. Уже двадцать весен, как отброшен Болотный Король. Лес понемногу возвращается в прежние границы, и...
-- И вот теперь появляется этот мальчик с нездешней аурой. -- Вийви направила разговор туда, куда метила с самого начала. -- Быстро учит язык. Разбирается в письме. Четыре дня назад я видела, как они с Ахеном тащили книги из библиотеки. А уже через четыре дня объявлено его первое выступление. Он будет рассказывать нам о своем мире. Переход сильно изменит... изменит все.
-- Важен не сам факт перехода... -- Дилин поднял голову. -- Важны следствия из него. Мы нашли один переход и одного человека. Который упомянул еще троих -- в будущем. А ведь такое могло быть и в прошлом. Или -- в ином месте, не у нас. Может, Болотный Король давно черпает из реки, к которой мы едва приблизились.
-- И что ты предлагаешь делать нам?
-- Предлагаю не делать. Не так, как он просит. Он просит отправить его в будущее -- надо подождать или вообще отвертеться от его просьбы. Все же я -- лучший в Лесу предсказатель. Принесенное им будущее пугает меня. Может быть, мы уже опоздали, и это Владыка Грязи пробует повторить Девять Времен...
-- Не пугай! -- ведьма почувствовала, что сама вот-вот затрясется. -- Не говори наугад!
-- Ты права. Благодарю. Обратись к Доврефьелю. Я хочу посмотреть вперед. Пусть откроет мне Большой Грот.
Вийви поразило, как быстро зверь перешел от возбужденной скороговорки к полному спокойствию в голосе и движениях.
-- Когда?
Еж некоторое время загибал и разгибал игрушечные пальчики:
-- День... Вигла растет... Вода на убыль... Сила в Огне... Воздух молчит... Да! Проси через октаго. К этому времени все прояснится. И мы лучше узнаем, что высматривать в будущем -- гость прочтет несколько лекций.
***
Первая лекция Спарка состоялась точно в назначенный день, сразу после обеда. Местом назначили уютный зал в недрах горы -- как большинство помещений, без единого окна. Обвешали гладкие холодные стены светильниками, собрали достаточно столов и стульев, чтобы все могли сесть и разложить бумаги: слушатели для пометок, а Спарк -- листы со схемами, подсказками и выписанным словариком. Понимая неизбежное волнение новичка, ректор определил всего полчаса на монолог, и полчаса на вопросы, но предупредил, что, скорее всего, обоюдный интерес затянет разговор самое малое на час, и пусть пришелец готовится к долгой беседе.
Спарк выдержал испытание с честью: тележки с книгами, которые он таскал туда-сюда все подготовительные дни, даром не прошли. Тему волчий пастух взял самую простую: в двух словах описал Землю, континенты и океаны, климат и времена года. Оттуда плавно перешел к Солнцу, Луне и Солнечной системе. Немного опасался вопросов о подробностях: диаметр и массу Земли, или спутники Сатурна поименно -- кто же помнит наизусть? Но разношерстные волшебники этим не заинтересовались, а вот про разницу между лунным и солнечным месяцем, про форму Земли -- точно ли грушевидная, и почему? И что за мир такой наподобие груши? -- про фазы Луны, знаки Зодиака -- вопросы сыпались градом. Скоро пришелец перестал стесняться акцента: у Мерилааса выговор оказался еще позаковыристей. Даже самому Доврефьелю часто приходилось переспрашивать.
