Я опять обезвожен и бытом измотан,согласился почти на медаль.В миндале твоих глаз не найти горизонта —зелена и бездонна миндаль.Почему этой прорве чужой угождаем?Разведённый разлукою спиртмы давно закусили грибными дождями,и в снегу огуречном не спим.Потянись же навстречу разбуженной кошкой:видишь – веет из печки золу.и не делай обиженно пальцы картошкойбосиком на холодном полу.<p>Я иду гулять!</p><p>Память</p>Олимпийской деревни броня —прёт комбайн. А на ферме легкомолоко попадает в меня,если я не попал в молоко.Зреет в воздухе неги нуга —собирай и, в амбар, под засов.Тянут время пустые стога —половинки песочных часов.Думал, в сердце всё это несу:запах мяты и стрекот сверчков.Верил, что зарубил на носу,вышло – след от оправы очков.<p>Я иду гулять!</p>На улицу без шапки, с голой шеей,калоши натянул и – был таков,пока кипит и булькает в траншеяхмалиновый кисель из облаков.Собачий снег дымится моветонно,разгуливает ноздри сквознякавесёлый запах мокрого картонаи выхлопной трубы грузовика.Вступаются грачи за честь мундира,в подвале кошка с кем-то не в ладах,берёза варикозной картой миракачается на ржавых проводах,её включат в апрельские заботы,где почки ждут, выплёвывая клей,когда меридианы и широтыостатки стужи выжмут из ветвей.<p>Намаз на хлеб</p>Мама, что там у нас на Тибет?Возникает, дежурный как «здрасьте»,вымыть руки бесплатный совет,а в тарелке дымится борщастье.Всё, что пахло укропом с утраи ботвой помидорной немножко,ждёт летальный исход – кожураугодившая в штопор с картошки.Рибле-крабле, опять – ни рубля:настоящее тянет резину.Заготовим корма корабляи укатимся с палубы в зиму.Окончательно сядем на мель,открывая невольничий рынок:Наступает за мартом форельи сосульки летающих рыбок.А пока, в непролазной ночи,не болит и живётся, как проще.Муэдзин с минарета кричит,словно пробует бриться наощупь.<p>Дизель</p>Тучи ёрзают чёрными клочьями,будто жгут поролон за бугром,а у молнии хруст в позвоночнике —долгожданный тройной перелом.И не выбросить грома из песенкивдоль оврага, где вербы хлестки.Это утром – тычинки и пестики,ближе к вечеру – сплошь лепестки.Сколько в поле несжатого воздуха,от ромашек слезится земля.Как бренчите вы шайбочкой с гвоздиком,дизеля вы мои, дизеля!Беспокойные ночи колхозныепод селёдочку вспомнить пора,как по звёздам катались и ползали —нашу юность трясли трактора,слава Богу, вконец не затрахали.Злое племя оглохших тетерьс кем поделится давними страхамикто его пожалеет теперь?<p>Друзьям</p>
