Первый был рыжеволосым. Сорок два года. Бухгалтер. Рост – пять футов десять дюймов, вес – 170 фунтов,[24] глаза зеленые. Он искал женщину с чувством юмора, которой нравится рисковать. Звали его Лейтем.
У следующего были темно-русые волосы. Сорок шесть лет. Главный менеджер компании по производству стали. Пять футов восемь дюймов росту, 165 фунтов весу,[25] очки и очень привлекательное лицо. Этот искал женщину с большими деньгами. Я отправила его распечатку в мусорное ведро.
Третьему было сорок лет, но он был слишком похож на моего бывшего мужа, поэтому я поступила с ним аналогично. Все это напоминало покупку по каталогу.
Я пробежала глазами по остальным, остановившись на нескольких, отвергнув прочих – большей частью исходя из их профессии и внешнего вида. Просящий подаяния не вправе выбирать, но я платила такие деньги, что уже не считала это подаянием.
Оставив список из шести человек, я выхватила свой мобильный и набрала номер своего агента из «Ленча вдвоем».
– Спасибо, что позвонили, Джек. Я сам пытался вам дозвониться, но у вас все время занято.
– Голливудские агенты наперебой пытаются уговорить меня запродать им историю моей жизни.
Мэтью рассмеялся своим мелодичным смехом.
– У вас нашлось время просмотреть список возможных партнеров?
– Да-да, у меня как раз нашлось сегодня немного времени после тренировки по затяжным прыжкам.
– Что вы думаете о Лейтеме Конгере?
Это был тот самый рыжеволосый, который любил риск.
– Да, он в числе тех, кого я отобрала.
– Я отослал ему по факсу ваши данные, и он очень заинтересовался встречей с вами. Может, прямо сейчас и назначим время встречи?
– Конечно. Например, завтра?
– Позвольте мне свериться с его графиком… да, завтра у него есть свободное время, в час дня. Вы любите китайскую еду?
– Вполне.
– Тогда что вы скажете насчет ресторанчика «У Джимми Вонга»? На Уобаш-стрит? Завтра в час?
– Превосходно.
– Я позвоню Лейтему, сообщу ему приятную новость. Если по каким-то причинам вы не сможете прийти, позвоните мне сюда как можно раньше. Желаю приятно провести время.
Он повесил трубку. Никогда еще так легко и быстро не договаривалась я о любовном свидании. Мне не пришлось даже вставать с постели.
Я перечла анкетные данные Лейтема, потом еще. Виски делало свое волшебное дело, и я вновь ощутила, как на меня наплывает дремотное состояние. В нормальное время это было бы основанием для праздника, но сейчас было едва шесть часов. Если сейчас я засну, это означает, что в полночь я опять буду бодрствовать.
Усталость взяла свое. Я скинула одежду и заползла в кровать, позволяя сонливости овладеть мной.
Я проснулась чуть позже одиннадцати.
Пять часов непрерывного сна – это было достаточно долго. Большего я не могла припомнить за последнее время. Но проблема состояла в том, что не было ни малейшего шанса проспать сколько-нибудь еще. Я выкарабкалась обратно из постели, сменила повязку и остаток ночи провела, таращась в телевизор на рекламную программу нон-стоп.
Я даже потратила некоторое количество денег. Ночные рекламщики прекрасно знают, что усталость блокирует силу воли. Пять часов спустя я уже имела: подушку с набивкой из гречишной шелухи, которая, как утверждалось, гарантированно обеспечит мне крепкий ночной сон; спортивно-силовой тренажер «Ab Crunsher», который гарантировал преобразовать мои мышцы в стальную броню всего за пять минут в день; а также набор антипригарной кухонной утвари, обещал превратить даже самого бездарного повара в кулинара мирового класса. Поскольку я позвонила прямо сейчас, то получила дополнительно кулинарную книгу и премиальную лопаточку стоимостью почти двадцать долларов.
Только ценой неимоверных усилий я удержала себя от того, чтобы начать звонить по каким-нибудь горячим линиям психологической помощи.
К тому времени, когда солнце выглянуло из-за горизонта, моя карточка «Виза» была исчерпана, а сама я чувствовала себе полной идиоткой. И такое происходило со мной не впервые. За многие годы я собрала такое количество доставленного по почте барахла, что могла бы открыть собственный бизнес. Ох уж эти хитроумные маркетологи, специализирующиеся по незанятым сегментам рынка! Нужно издать какой-то закон, запрещающий телевещание после двух ночи.
Я обернула свою ногу в пластик и приняла душ, сочтя, что моей утренней зарядке придется подождать, пока я не понравлюсь. Или пока не прибудет мой «Ab Crunsher» (доставка в течение четырех – шести недель). Я напялила старые джинсы и рубашку поло, потому что моя хорошая одежда все еще была в химчистке, и отправилась на работу.
Пока ехала в машине, все думала о нашем деле, о двух убитых женщинах, и о Пряничном человеке. А затем я сделала нечто, чего раньше при расследовании дел никогда не делала. Я дала себе обещание.
– Больше никто не погибнет, – произнесла я вслух, сидя за рулем своей машины. – Ты никого больше не изловишь, а я тебя изловлю.
Даже если сама при этом погибну.
Он просто вне себя!
