У меня периодически возникало желание расспросить Вахтанга Георгиевича про кухарку Людмилу, хотя я понимала, что в её судьбе все равно ничего не изменится: Ей, можно сказать, крупно повезло, что она оказалась у Чкадуа, а то, что её взаперти держат и используют, — так за все надо платить. Наверное, она сама это понимает. А я, в свою очередь, понимала и её, и Вахтанга Георгиевича.
И вообще, что-то я больно жалостливая стала в последнее время.
На второй день вечером к нам с Вахтангом за ужином подсел Друвис. Дяди Саши ещё не было: он позвонил на мою трубку и сообщил, что задержится. Сообщил, что Николай из Питера с ним не связывался. Мы с Вахтангом даже не представляли, где находится дядя Саша и чем он занят, но не стали задавать лишних вопросов.
Приедет — расскажет, если посчитает нужным. Я подозревала, что полковник Никитин встречается с представителями каких-то латышских спецслужб.
— Ну, как она? — спросила я о Руте. Друвис пожал плечами, потом высказал предположение, что, вероятно, использовались искусственные наркотики.
Ни Вахтанг, ни я не знали, что это такое и с какой целью их применяют.
— Цель-то ясна, — заявил Друвис. — Растормозить и заставить поддаться мощным сексуальным импульсам. Руту надо будет ещё гинекологу показать, а лучше венерологу. И кардиологу не помешает.
— Почему кардиологу? — не поняла я. Гинеколог с венерологом были объяснимы, психотерапевт тоже, но кардиолог?
Друвис пояснил, что от употребления искусственных наркотиков разрушается сердце. Одно утешает, что это было недолго. Психотерапевт пояснил, что один из признаков распознания амфeтаминового наркомана (он считал, что Руте давали амфетамин или метамфетамин) — параноидные состояния, ему везде мерещится слежка. А Рута на каждом сеансе говорит врачу, что её преследуют, хотят убить, ограбить.
— Но с Рутой довольно просто работать, — заметил Друвис. — Она легко внушаема. Опытный гипнолог может без труда заложить ей в подсознание нужную информацию. Или «стереть».
— А с ней случайно не работал гипнолог? Там? — спросила я.
Друвис покачал головой.
— Нет, просто давали коктейли, потом делали инъекции. К счастью, их было относительно немного. Я думаю, что верну её к нормальной жизни. Вот только, что скажут другие врачи…
Потом Друвис признался, что случай с Рутой — один из самых лёгких по сравнению с тем, с которыми он столкнулся за последнее время. Не так давно ему пришлось работать с девушками, вернувшимися из Швеции, куда они ездили работать по контракту швеями. Девушки не могли объяснить наличие рубцов на своих телах и постоянно пребывали в подавленном состоянии. Это случилось со многими, кто обратился за трудоустройством в некое совместное предприятие, расследованием деятельности которого после уже занялись латышские правоохранительные органы вместе со шведской полицией. В расследовании принимал участие и журналист Марис Шулманис, статьи которого взбудоражили Латвию и были переведены на шведский и финский языки. При таких обстоятельствах они и познакомились.
— И что тогда произошло? — спросила я. — Расследование закончено?
— Да, — кивнул Друвис. — Девочек снимали в порно. Но они этого не помнят. Вывозили не всех. Только легко внушаемых. В той фирме работал очень хороший специалист. Я его, кстати, знаю. Талантливый врач, но вот выбрал такую дорогу…
— Деньги, — сказал Вахтанг.
Мы замолчали на какое-то время. Каждый думал о своём. Потом меня начала беспокоить одна мысль, и я поняла, что не успокоюсь, пока не получу ответ. Я посмотрела в глаза доктору Друвису и спросила:
— А я поддаюсь гипнозу?
— Нет, Наташа, ты — нет. И, кстати, ты можешь им овладеть.
Вахтанг Георгиевич с интересом посмотрел на меня.
— А вы можете обучить меня нескольким приёмам? — обратилась я к Друвису. — Ну самым простым. Пожалуйста.
Я с надеждой посмотрела на доктора. Про себя я подумала, что готова оказывать ему любые сексуальные услуги (как ещё я могла с ним расплатиться, чтобы заинтересовать его?). Он словно прочитал мои мысли, рассмеялся и сказал:
— Могу, конечно, что-нибудь показать… И спать со мной за это не надо.
Но для чего тебе это, Наташа?
— Для самообороны, — честно ответила я.
— Ну что ж, завтра с утра начнём. Я столько всего наслушался и насмотрелся за последний год, что понял: девушке с твоей внешностью совершенно необходимо знать приёмы самообороны, причём чем разнообразнее они будут, тем лучше.
— А я? — подал голос Вахтанг Георгиевич.
— Как ни прискорбно мне заметить… — витиевато начал Друвис.
— Понял, — перебил Вахтанг. — Я — человек безнадёжный. Но что-то можно сделать?
— Что конкретно вы хотите?
— Ну чтобы меня хотя бы не загипнотизировали. Не зомбировали. Мозга мне не промыли.
— К сожалению, уберечь от этого я не смогу. Простите, — ответил Друвис.
Дядя Саша заехал в гостиницу на один вечер, а на следующее утро снова испарился по каким-то делам. Он не уточнял, по каким, а мы и не спрашивали.
