— Потом вышла на улицу. Смотрю: Нина лежит во дворе. Господи! Лежит и не шевелится! Я к ней бросилась. Она застонала. Я всех разбудила. Вот, к доктору её понесли… Господи, что могло с ней случиться?! Она вся в крови!
Ксана говорила несвязно, но я поняла, что произошло. Мальчики поразвлекались. Где-то сейчас эти молодцы? Спят мертвецким сном или отдыхают после ночных подвигов?
Рута в ужасе посмотрела на меня: до неё тоже стала доходить причина нездоровья Нины. Я незаметно для Ксаны толкнула Руту в бок, чтобы она молчала.
— А со всеми остальными девчонками все в порядке? — повернулась я к Ксане, чтобы выяснить, что с Валей.
— Не… не знаю… — пролепетала она.
— Пойди взгляни, все ли ваши на месте, — велела я ей.
Она кивнула и убежала.
— Мы ничего не видели, — шепнула я Руте. Она кивнула: опыт последнего месяца многому её научил и испытать на себе гнев друзей Друвиса ей совсем не хотелось.
Мы с Рутой взяли нагревшийся чан с водой прихватками и понесли в комнату Друвиса. Ему требовалась кипячёная вода, а не горячая из крана. Нас тут же пропустили. Молдаванки так и стояли, сгрудившись внизу. Из своей комнаты выползли заспанные Мартын с Гунаром. Они стояли, переминаясь с ноги на ногу, почёсываясь и тоже пытаясь выяснить, в чем дело. Винета открыла нам с Рутой дверь, и мы прошли в комнату Друвиса.
— Я — психотерапевт, — говорил он. — Я не могу ей помочь. Её надо везти в больницу. Срочно. Но боюсь, что уже не дотянет… Поздно.
Нина лежала на кровати Друвиса и изредка стонала. Она была белая как смерть, нижняя часть юбки набухла от крови. Кровь смешалась с грязью. Да тут же заражение получить — раз плюнуть!
— Как вызвать «скорую»? — повернулась я к Винете. — У меня же есть телефон.
— Я уже позвонил, — Друвис посмотрел на меня. — Они выехали. Но от Мадоны семнадцать километров. И я не уверен, что там есть возможности…
— Давайте я её отвезу, — предложила я. — Ведь машины на ходу!
— Дело не в машинах, — грустно сказал Друвис. — Она не переживёт эту дорогу. Транспортные возможности есть. Нет медицинских. — Он грустно вздохнул.
— А до Риги часа три с половиной. Ухабы, дорога не очень хорошая… И ведь придёт даже не реамобиль…
Друвис опустил голову.
— Вы хоть что-то ей вкололи? — закричала я. — Хоть какие-то лекарства у вас есть?
— Я — психотерапевт, Наташа. И приехал сюда…
«Чтобы следить за нами по просьбе или приказу Мариса», — хотелось добавить мне, но я сдержалась, хотя и с большим трудом. Ничего, я буду действовать сама. Ещё не хватало, чтобы девчонка умерла из-за каких-то сексуально озабоченных козлов: я не сомневалась, что это два волкодава постарались. Сволочи! Пусть девчонки пытались найти мужчин, пусть вешались на каждого встречного, но чтобы вот так над ней поиздевались… Попользовались и бросили.
Я выхватила из рук Винеты аптечку и высыпала содержимое на стол. М-да, негусто. Хоть бы что-нибудь кровоостанавливающее. Я знала, что делать при пулевом или ножевом ранении в конечность. Тут можно было перевязать жгутом, но внутреннее кровотечение… Что же делать? Инга! Нужно ехать за Ингой! Только она сможет помочь.
Я резко повернулась к Винете.
— Машина на ходу? Она кивнула.
— Ключи давай!
— Она открыта…
Я пулей вылетела из комнаты, расталкивая молдаванок. Рута бросилась за мной. За нами побежала Ксана. Я заскочила в гараж: там стоял джип «сузуки», на котором приехали парни, «мерседес» Друвиса и видавший виды «Москвич». Я подлетела к «Москвичу», дёрнула дверцу, ключ зажигания был на месте. Рута мгновенно оказалась рядом, Ксана — на заднем сиденье. Я вырулила из гаража.
Высыпавшие на крыльцо Мартын, Гунар и молдаване в удивлении смотрели на меня, не понимая, куда я так быстро решила уехать.
При выезде с территории я чуть не столкнулась с «девяткой» мужа Винеты.
Черт побери, как же его зовут? Он был в полицейской форме. Да, он же где-то дежурит сутками. А ведь надо вызвать полицию!
Я открыла дверцу машины и заорала:
— Стой!
Муж Винеты, уже проехавший немного вперёд, резко затормозил и высунулся из окна. Он смотрел на меня широко раскрытыми от удивления глазами. Я только потом поняла, почему: видок, наверное, у меня был…
— Нинку изнасиловали! — заорала я. Он, конечно, не знал, кто такая Нинка. — Я за Ингой. Колдуньей. Вызывай своих! Звони в полицию!
Больше я ничего говорить не стала и нажала на газ. Муж Винеты закричал мне что-то вслед на латышском, но я уже не слышала его слов и гнала к дому Инги. Должен был что-то понять этот полицейский. Хоть чему-то его научили? И где эта чёртова «скорая»? Так и не встретилась нам по пути. Правда, уже тормозя у дома Инги, я вспомнила, что Мадонна находится в другой стороне, может, они уже приехали?
Инга спала. Я судорожно заколотила в дверь. Рута — в окно. Наконец она открыла — в халате, накинутом на ночную рубашку. Тут я поняла, что одета точно так же. Рута с Ксаной выглядели не лучше. Инга не успела открыть рот, как я затараторила:
— Поехали! Внутреннее кровотечение. Девчонку изнасиловали. Что делать?!
