У Дональда случился еще один инсульт, приковавший его к постели. Возвращаясь домой из школы, я погружалась в запах лежачего больного. Дом был полон сиделок — они приходили и уходили. Чаще уходили, поскольку Дональд в роли пациента был ужасен и сиделки не выдерживали больше пары недель. Одна вообще ушла на следующее же утро после прибытия, так как Дональд запустил ей в голову полный урыльник.
А потом явилась Мэйбл Оггородд.
— И что?
— И началась другая жизнь.
Брайан крутанул трость и подкрутил усы ради мадам Астарти.
— Будь добра, принеси мои сигареты из уборной, — попросила Сандра.
Они стояли за кулисами (мадам Астарти подумала, что, в сущности, всю жизнь свою провела за кулисами), ожидая знака, чтобы выйти на сцену распиливать и исчезать.
В пустой уборной есть что-то очень меланхолическое, думала мадам Астарти. Даже странно пугающее. Ей вспомнился фильм «Страх сцены». И еще клоуны. Мадам Астарти всегда побаивалась клоунов. Они какие-то… несмешные.
Пачки сигарет нигде не было, но на длинной вешалке висела одежда, а на плечиках, прицепленных на дверь, — пальто. Мадам Астарти обыскала все карманы — осторожно, поскольку никогда не знаешь, что найдется в чужом кармане. Она подергала дверцу шкафа. Дверца как будто застряла, и мадам Астарти пришлось повиснуть на ручке всем телом. Она чуть не опрокинулась назад — дверца вдруг подалась и…
Войдя в квартиру, я услышала, как Боб разговаривает в спальне. Сперва я решила, что это обычная абракадабра, которую он несет во сне. Но постепенно в его речах проступила своеобразная логика.
— Запишите следующие предложения на языке логики предикатов: а) у шахтеров особый случай; б) у университетских преподавателей нет особого случая; в) у шахтеров более тяжелая работа, чем у университетских преподавателей; г) прибавка, которую получат шахтеры, будет больше, чем у университетских преподавателей; д) ни одна группа не получит прибавку больше, чем шахтеры; е) если у одной группы более тяжелая работа, чем у другой, первая группа получит прибавку больше, чем вторая; ж) одна группа получит прибавку больше, чем вторая, только если у первой группы особый случай, а у второй группы нет особого случая. И это, — добавил Боб тоном отчаявшегося человека, — еще даже не самая трудная часть, верно?
— Верно, — сказал другой голос.
Он звучал устало, словно его обладательница (голос был женский, что весьма интересно) слушала Боба уже давно. Я — бесшумно, как вор-собачник, — прокралась по ковру к двери спальни.
Боб продолжал:
— Ш — шахтеры, П — преподаватели, О (Х) означает «у Х особый случай», Т (Х, Y) — «у Х более тяжелая работа, чем у Y», Б (Х, Y) — «Х получит прибавку больше, чем Y». Универсум рассуждения — группы работников. Покажите с помощью формального вывода, что из (в), (е) и (ж), вместе взятых, следует (б). Ты, случайно, не знаешь, как это делать? — с надеждой обратился он к безымянной собеседнице. — Моя девушка думает, что я совсем безмозглый.
— И что, она права?
— Ха, ха, — сказал Боб. — Ты очень остроумная, правда?
Дверь спальни была приоткрыта, и я легонько подтолкнула ее; она открылась чуть шире — ровно настолько, чтобы моему взору предстал обнаженный Боб, возлежащий на смятых пурпурных простынях.
— Мозг и мозг, что такое мозг? — сказал Боб нелепым голосом.
Я еще чуть-чуть приоткрыла дверь, чтобы увидеть его собеседницу. Специалистка по «Финнегану» стыдливо прикрывала простыней грудь, но под простыней, видимо, была также обнажена.
— О чем ты говоришь? — обреченно спросила она.
Я распахнула дверь.
— Жопа, — красноречиво сказал Боб, увидев меня.
Специалистка по «Финнегану» очень реалистично завизжала.
— Это «Звездный путь», — услужливо подсказала я ей. — Эпизод называется «Мозг Спока», из третьего сезона.
С этими словами я закрыла дверь спальни. Больше мне ничего не пришло в голову.
Я уже собиралась уйти, но тут зазвонил телефон. Я взяла трубку и молча выслушала то, что говорил голос на другом конце. Наконец я сказала:
— Ясно. Хорошо, я ему передам.
Я снова открыла дверь спальни, и Боб поднял руки, словно желая сказать «не стреляй».
— Боб, у меня плохие новости, — мрачно сказала я.
— Свет отключили? — принялся гадать он. — У нас кончился чай? Ты от меня уходишь?
Последнее прозвучало особенно уныло.
Я вздохнула:
— Нет, ни то, ни другое, ни третье. Твой отец умер.
Бедный Боб-старший — я его едва знала. Наше общение ограничивалось редкой беседой за чаем о садовых или государственных делах. Но все же это у меня сейчас текли слезы по щекам, а Боб беспомощно пялился на специалистку по «Финнегану», пока она одевалась и уходила.
Какие-то на редкость ужасные сутки выдались.
— Клепаный корабль! — воскликнула мадам Астарти, когда из гардероба вывалилось тело и упало прямо на нее.
