Дело от этих встреч стало заходить в серьезное "русло", решили уже и пожениться. Что делать? Ума не было! Пошли с Зиной по тропиночке вверх вдоль берега Тереке в Сельсовет. Регистрироваться!!! А тропинка шла через высокие заросли камыша. Идут несколько километров – 2 или 3?
Пришли в Сельсовет к секретарю. Тоже молодая женщина. Показали свои документы: Зина паспорт, а Витька – служебную книжку солдата. Во, чудаки! Умора! Посмотрев их документы, секретарша с невинным таким видом заявила: "А у нас сейчас нет бланков". Ну что ж. Нет – так – нет! Пошли назад "не солоно хлебавши". Спять по той же тропиночке через заросли камыша.
Тут Витька и произнёс: "Долго мы будем помнить эту тропинку!"
3. Школа продолжается. Первые неприятности. Сдача экзаменов и отъезд
Продолжается учеба по курсу автомеханика. Уже заканчивается изучение описательного курса и ремонта всех марок автомобилей, состоявших тогда на вооружении в ВС. Упор в основном был на изучение автомобилей ЗИС-5 и ГАЗ-мм. Теперь больше времени уделялось на практические занятия. Езда по пересечённой местности, городу и населённым пунктам. Но больше времени отводилось также и езде на автодроме.
Почти каждый вечер после вечерней проверки и отбоя Витька бегал в самоволку. Назад возвращался где-то перед самым подъёмом, так часа за 2 – полтора. И вот в середине сентября прибыл в школу новый помкомвзвода на смену Кости. Старинна из бывшей Пинской флотилии – Пономарёв. Отвратительнейший тип!
Приходит это Витька из очередной "самоволки", а на его койке лежит этот старинна. Подкараулил, зараза! Разбудил его Витька со словами: "Ты чего это на мою койку улёгся?" Старшина, тут же вскочив, спросонок отправил Витьку в подвал под присмотр часового.
После подъёма перед завтраком у зам.нач-ка школы по воспитательной работе давал объяснения. «Затем получил 3-е суток гауптвахты строгого режима. Горячая пища через день, а в другие дни – вода холодная и хлеб с солью, всё!
В последующие дни после отбытия срока гауптвахты, Витька продолжал в "самоволке" после отбоя навещать Зину. Но стал уже получать только наряды вне очереди. Отбыв один наряд, в этот же дань «пять удирал вечером после отбоя в "самоволку". А по утрам вновь будил старшину и «пять – наряды вне очереди. Сколько их было – не счесть! Чудеса!
Сначала, в первые дни, долго драил "палубы" в двух помещениях по 15 коек. Но потом так наловчился, что после отбоя полы в двух помещениях были выдраны уже через 15 – 20 мин. После этого – опят!» в "самоволку» – А по утрам – подъём старшины. Вот пройдоха!
К концу октября этих нарядов накопилось столько, что до конца службы не хватило бы их "отбыть". После ноябрьского парада.10 ноября начались госэкзамены за курс обучения при участии сотрудников Республиканской ГАИ с вручением всем шоферских удостоверений на право вождения автомобилей. И после этого наступила полная свобода. Теперь с 3иной встречи стали в законе и без помех. Старшину куда-то перевели по службе.
30 декабря, под самый Новый 1949 год, стали поездом возвращаться по своим частям к месту службы. Зина собралась было ехать с Виктором, но её мама, Витькина будущая теща, да и остальные старшие её родственники, Зину не отпустили.
Был в школе преподаватель-инструктор по вождению. Красногорский Илья Федотович. Он оказался родным дядей Зины – брат её мамы Валентины Федотовны. Вот так!
Дивизионная партшкола – ДПШ
I. И так, по окончании школы 30 декабря 1948 года сели в поезд и возвращались каждый выпускник в свои части. Зина приходила к вагону провожать непутёвого Витьку. С ним ехали сослуживцы из 90 АТП Манукян Гайк и друг Витькин Мещеряков Саша со своим сослуживцем из Джанкояского полка. В дороге у Виктора появилось какое-то общее недомогание: боль в суставах. иногда "морозило" тело, появилась сонливость. Есть ничего не хотелось мясного, а только пить и чего-нибудь солёненького – огурчик или помидорчик. Деньги "сбросили" и назначили хозяйственником по питанию Гаика.
На станциях, где была обширная торговля и поезд стоял долго, Гайк покупал закуску каждому по заказу. А Виктор просит что-нибудь сладенького и огурчик соленный. Вот так и ехали в четвером до Джанкая. Витька пил где молока, где компотик где сладкую газированную воду с булочкой и огурчик. Ребята ели нормально. В Джанкое высадились Саша со своим напарником, а Виктор с Гайком в Курмане, от куда на машине в свою часть.
По прибытию в полк Витьку с Гайком определили опять в РАО. У Виктора в коленях усилилась боль. Ноги не согнуть свободно, ни выпрямить, ходить стало невыносимо больно. Клуб располагался от РАО всего в каких-нибудь 500—х метрах, а Витька ковылял к нему почти полчаса.
Так продолжалось две недели до 15 января. В столовой аппетит пропадал. Приходилось менять на компот в обед второе блюдо. а за завтраком на сахар и в ужины то ли кашу, то ли отдельные порции мяса и т.д.
