Артан не мог поверить, что его кошмар осуществился! Но откуда взялась эта кошка? Кто она?
Сражение закончилось, мертвецы добивали последних, не успевших сбежать оборотней, а он торопился к лежавшей в снегу Яре. Рядом истекала кровью черная пума.
– Ярина! Как ты здесь оказалась? – он присел рядом, провел ладонью по ее голове, убеждаясь, что девушка цела и невредима.
Она поднялась, оставаясь сидеть на коленях.
– Я не знаю! Словно что-то руководило мной, я просто встала и пошла на улицу, уверенная, что мне туда надо. А потом она… Кто это? Почему она за меня заступилась? Почему я опять причина чьей-то смерти?!
Она безудержно рыдала, сумбурно поглаживая черную шерсть пумы. Та окрашивала ее ладони в алый цвет.
– С чего ты взяла, что она мертва?
– Потому что знаю! Я не чувствую биения сердца…
Обняв Яру за плечи, помог ей встать. Крепко прижал к себе, понимая, что никакие слова сейчас не помогут.
Вдруг, предрассветные сумерки озарил яркий золотистый свет. Откуда ни возьмись, появился белый красноглазый волк, подбежал к пуме. Ткнулся носом в ее шею, бок, спину. Уселся рядом и завыл. От этого жуткого звериного плача стало так тоскливо на сердце, что оставаться рядом не было никаких сил.
Отвернувшись, Артан подхватил Яру на руки и пошел к замку.
Он уже не видел, как сияние вокруг волка исчезло, являя вместо него Лимерия. Несколько минут он просто стоял на коленях, уронивши руки, словно безжизненные плети, и смотрел на пуму.
Потом медленно наклонился, накрывая ее своим телом.
Мгновение, и они исчезли, оставляя лишь пропитанный кровью снег.
– Пожалуйста, не сдавайся! Я не представляю этот мир без тебя, – Лим уложил раненую Сай на постель и обхватил ее лицо ладонями. Оно было таким бледным и безжизненным…
Едва они успели переместиться сюда, как анимагия опала, оставляя на руках Лимерия легкую и маленькую девушку. Он впервые в жизни почувствовал себя беспомощным и слабым перед судьбой. Ее сердце едва тлело, он сумел услышать его, лишь будучи в теле волка.
– Тебе бы отойти, хозяин.
Скрипучий голос Топатыча наполнен грустью. Волшебник уже ждал их появления, словно чувствовал необходимость в нем. Сейчас он единственный мог ей чем-то помочь.
– Ты справишься?
– Не знаю. Ее воплощение погибло. Она больше не сможет обращаться пумой. Но сама еще держится.
– Сделай всё возможное, Дух. И невозможное тоже.
Лим отступил, пропуская домового.
Как же он был виноват! Почему не прислушался к последнему письму отца? Почему не убедился, что Сайена в безопасности?
Отойдя к противоположной стене, сполз по ней на пол и достал из кармана смятый лист бумаги. Развернул, разглаживая строчки, написанные ровным красивым почерком.
