– Ты дура? – спросил Лестат, вообще не стесняясь, у девицы от изумления даже рот открылся. – Там могут быть мой друг и семнадцатилетняя девчонка.
– Но они же…
– Если ты произнесешь «труп»… – прошипел парень, – поверь, в ближайшие ночи ты ничего другого во сне и не увидишь. Поняла?
Магда поняла и тут же послушно заткнулась. Я думала, она уйдет, но девушка, хоть и надулась, место рядом с Лестатом не покинула. А магистр Алишер, когда перепалка прекратилась, снова обратился ко мне:
– Ну что думаешь, Вьюга?
– Думаю, что надеть, – честно сказала я. На улице придется пробыть много времени. У меня была зимняя одежда, но не совсем то, в чем хочется провести на морозе весь день. А я понимала, парой часов мы не отделаемся.
– У меня есть запасной зачарованный костюм, – внезапно произнесла Фиона, и в комнате воцарилось молчание. – Почему вы на меня так смотрите? – раздраженно поинтересовалась она. – Там может быть Вейн, и если кто его найдет, так это Вьюга. Поэтому да, я дам свой костюм, если это поможет. У меня этих костюмов два, и еще дома есть.
– Но это же из-за нее, – возмутился кто-то из девчонок.
– Это не из-за нее, – рявкнул Алишер, и гомон снова затих, а у меня сердце скакнуло в груди, но я не хотела поднимать этот вопрос при всех.
– А из-за кого?
– Очень бы хотелось знать, но это не ваша забота. Вам стоит усвоить, никогда и никого не нужно обвинять голословно. Не в этой академии. Вы все словно пороховые бочки, только вот чтобы порох рванул, кто-то должен поджечь фитиль. В случае с Вьюгой были спички, был тот, кто поджигал, и, сдается мне, нашелся добрый человек, снабдивший поджигавшего спичками.
Новая информация вызвала возбужденный гомон. Магистр Алишер устало прикрыл глаза и скомандовал:
– Фиона, иди за запасным костюмом для Вьюги, Вьюга и Лестат – за мной, все остальные – собираться. Жду вас через час перед главным входом. Кто не станет помогать в поисках, также через час подходите к аудитории триста пять, там вас будет ждать мегресса. Она даст задание. Всем понятно?
Народ засобирался к выходу, а мы с Лестатом, как два послушных щенка, потащились за магистром. С нами планировала увязаться приставучая подружка пропавшей девушки, но магистр ее прогнал и бодрой походкой направился в кабинет. Мы двинулись за ним следом. Друг на друга старались не смотреть, Лестат только прошипел мне на ухо в коридоре:
– Я тебе отомщу за Снежка.
– Какого Снежка? – удивилась я.
– Белого, пушистого, линяющего снежинками.
– А! К тебе пришел Писец? – букву «К» я благоразумно проглотила и заработала еще один ненавидящий взгляд.
– Он спал на моей кровати! – парень заявил это таким тоном, что я не удержалась и хихикнула.
– А я тут при чем?
– Притом. Это ты его «забыла» в моей комнате!
– Ничего не знаю. Снежные духи свободолюбивы и непостоянны. Их невозможно заставить что-то делать. Хотел и спал. Я не виновата.
– Я проснулся в мокрой постели!
– А вот это совсем не ко мне, – открестилась я и заработала ненавидящий взгляд. Ну а что делать, раз заявление звучит двусмысленно.
– Вот ты всегда ни в чем не виновата, но вокруг тебя постоянно творится какая-то фигня!
Мы уже пришли к кабинету магистра, и спор пришлось прекратить, но идею мести Лестат не оставил. Он тут себя чувствовал, похоже, как дома. Развалился на диване, заняв его целиком, и даже ногу на подлокотник закинул, лишь бы я точно не смогла устроиться рядом. Пришлось сиротливо замереть у двери. Я не знала, где лучше присесть – в кресло у камина или на стул возле стола. Кабинет одного из самых сильных магов академии был похож на музей, заваленный артефактами. Парочка валялась на кресле – какой-то свиток и подкова, а на стуле стоял череп. Тронешь что-нибудь, а потом проблем не оберешься.
– Лестат, подвинься и уступи девушке место, – приказал магистр.
– Я всегда за! – довольно оскалился парень. – Я готов освободить ей место на своих коленях.
Я скептически взглянула на парня, но оказанную честь не оценила. К тому же я бы технически не могла сесть к нему на колени, так как он лежал. Только устроиться сверху.
– Твое вот такое поведение уже привело к тому, что родители от тебя отреклись. Веди себя соответственно статусу и возрасту.
– Во-первых, от меня уже отреклись, во‐вторых, связи с внешним миром нет. Никто не узнает.
Мне надоело это все выслушивать, и я решила отвоевать себе место проще – заморозила наглецу штанину, а пока он возмущался и отковыривал лед от ноги, уселась на освободившуюся часть дивана.
Алишер все видел, но ничего не сказал. Похоже, его устроило, что мы разобрались сами.
– Меня поражает твоя вечная безалаберность. Тебя объявили умершим, лишив всех привилегий, твой друг пропал, но ты все равно ведешь себя, прости, как придурок! – возмутился магистр, сверкнув в сторону Лестата черными глазами.
Я удивленно открыла рот, потому что в моем понимании преподаватель не должен называть студента придурком (хотя я с магистром была полностью согласна), ну и называть придурком принца, пусть и объявленного умершим, тоже так себе идея.
