– Даже не смей думать! – прошипела я, но мое возмущение не смогло убрать довольную усмешку с губ Лестата. Хотя его физиономия всегда была самодовольной, особенно во сне. Странно, но сейчас образ Властелина кошмаров не внушал отвращения. Я видела перед собой все того же Лестата. Даже, возможно, более совершенную копию. Клыки, когти и мощное телосложение делали парня идеальным кандидатом на роль защитника заблудившейся во сне снежной ведьмы. Боги, надеюсь, сам Лестат о моих мыслях не узнает. Вряд ли он мечтает играть такую роль. Он же принц, а не телохранитель.
– Почему ты так на меня смотришь? – напрягся парень и уставился на меня, чем сильно смутил.
– Не знаю. – Я пожала плечами. – Ты интересный.
– Страшный, ты хотела сказать?
– Если бы я хотела сказать страшный, я бы так и сказала, поверь. Собственно, после первой встречи я так и сказала.
– И что же изменилось с тех пор?
– Ну… – Я растерялась. – Пересмотрела свое мнение. Разве такого не может быть? Ты не страшный, ты интересный. Можешь обижаться, но этот образ гораздо больше соответствует твоей натуре, чем тот, в котором ты существуешь в реальном мире.
– Ну надо же! – самодовольно заявил Лестат, мигом повеселев. Как мало, оказывается, надо принцам для счастья. – Мне еще никто этого не говорил! Спасибо!
– Не благодари за правду. Хотя я жалею, что невольно начала потакать твоей самовлюбленности.
– Может быть, ты вернула в норму мою упавшую самооценку? В конце концов, я потерял престол соседнего королевства, а мои родители предпочли сделать вид, будто их сын умер, лишь бы не оправдываться перед моей несостоявшейся невестой. Это заставит нервничать кого угодно. Я не исключение, я расстроился и начал страдать от комплексов.
– Видимо, делал ты это где-то в глубине души, – не удержалась и фыркнула я. – Если самооценка «где-то у небес» – это норма, то да, я тебе помогла ее вернуть. А теперь попробуем еще кого-нибудь поймать?
– Попробуем, – согласился Лестат. – Понять бы еще, где их искать.
– Знаешь, у меня создается впечатление, что пропавших заносит в мой сон случайно. Словно откуда-то извне. Такое может быть?
– Может быть и так. Но, возможно, они просто часть твоего сна, и не более. Ты рассуждаешь о том, как они тут оказались, откуда могли взяться, и разум получает команду, начинает генерировать идеи, и вот… смотри, появился Вейн. Попробуй не думать о том, что он исчезнет, когда мы подойдем.
– Вот ты нормальный? – возмутилась я. – Как можно не думать о чем-то, если ты сейчас это озвучил? Прости, но не могу.
Вейна поймать не получилось, как и еще раз появившуюся Анни, как и парня, который пропал третьим. Они словно издевались над нами, или над нами издевалось мое буйное подсознание.
– Все, я устал, – сказал Лестат и плюхнулся на ближайшую скамейку. – Мы занимаемся глупостями. Нужно делать совсем другое.
– А конкретнее?
– Искать выход. Нельзя во снах пытаться отыскать реальность. Ответы – можно, но ловить призраков… это глупо. Сон может затянуть, а это опасно. Пока мы бегаем за пропавшими, ты не приходишь в себя, что очень плохо. Поэтому давай отсюда выбираться, а уже в реале подумаем обо всем. Посоветуемся с Алишером. Возможно, какие-то мысли появятся у него.
– Хорошо, – согласилась я. – Но каков план действий?
– Ну… – Лестат пожал мощными плечами и улыбнулся. – Думай о двери.
– Прекрасный совет! – восхитилась я. – И как сама не догадалась?!
Я плюхнулась рядом с ним на лавочку, но все же начала думать в нужном направлении. Правда, дверь передо мной не появилась, зато между деревьями мелькнул знакомый черный нос, и скоро рядом с нами показался сотканный из снежинок пушистый снежный дух.
– Писец!
– Снежок!
Радостно воскликнули мы с Лестатом и переглянулись, а зверь приблизился и начал крутиться у наших ног, приглашая идти за ним. Я даже не удивилась, когда Писец, попетляв мимо елок, вывел нас к опушке леса, на которой стояла одинокая белая дверь.
– Это вообще нормально? – спросила я у Лестата.
– Нет, конечно же. Дверь обычно бывает где-то, ее не ставят автономно от здания, это нелогично. Но это твой сон. Поэтому я не удивлен, – хмыкнул парень и открыл дверь, пропуская меня вперед, в клубящееся разноцветное нечто. Мне было страшно, но Писец смело прошмыгнул первым, потом я получила мощный толчок между лопатками и отправилась за ним следом.
Я проснулась в лекарском крыле. Открыла глаза и уставилась в темноту. Лишь тусклый отсвет лампы оставлял на потолке желтое пятно. Углы комнаты погрузились во мрак, но я все же могла разглядеть детали. Возле кровати тумбочку со стаканом воды, а рядом стул, на котором сидела пифия. Точнее, когда-то она сидела, а сейчас посапывала, уронив голову на руки, и мило улыбалась во сне. Она лежала практически на моей подушке, и только зад оставался на стуле. Даже будить ее не хотелось, но мне было жалко соседку по комнате. Подозреваю, так спать не очень удобно. У нее, наверное, все тело затекло.
– Эй… – тихо позвала я. – Тейна!
