Наполеон (
Сцена 76
Александр и Константин смотрят вслед убегающему Наполеону.
Константин (
Александр. Но так нельзя! Он бы всё рассказал обо мне… и потом – это похищение! Как бы мы везли его через границу… Ты об этом подумал?
Константин (
Александр (
Константин. А после суда и следствия можно?
Александр. Ну, после вынесения приговора… тогда можно.
Константин. Да какое следствие? Это же Наполеон! Мировое зло!
Александр. Мировое зло – это ты! Ты просто варвар! Тебе лишь бы кого убить… всё просто!
Константин. Ну да… (
Александр (
Константин удивлённо смотрит на него. На его лице появляется усмешка.
Константин. Та-а-ак… Что между вами было? Только не говори, что… ой, фуу! (
Александр бледнеет под слоем пудры.
Александр. Ничего не было! За кого ты меня принимаешь?
Константин. Ну, не знаю даже… как тебя назвать? (
Александр. Ах так! (
Константин (
Александр (
Константин (
Александр. Ох, точно! (
Константин. Ты куда?
Александр. Матушкино платье сниму. А то нехорошо – испачкается. Жди меня здесь!
Константин ждёт. Александр прибегает через двадцать минут, запыхавшись, в рубашке и штанах. Несёт две шпаги.
Александр (
Константин неспешно поднимает шпагу, смотрит на брата. Александр занимает стартовую позицию при фехтовании. Держит шпагу. Шпага слегка дрожит в его руке.
Константин. Да не буду я с тобой драться… (
Александр замирает, потом отбрасывает шпагу и с воплем кидается на Константина, сбивая того с ног. Падают, катаются по земле. Александр опрокидывает брата на спину, садится сверху, хватает шпагу и победоносно приставляет к горлу.
Константин (
Александр. А что ты имеешь против женщин, а?
Константин. Да ничего не имею против… Я против того, чтобы их бить…
Александр. Ты меня оскорбил!
Константин. Ну… это… ну прости, не хотел!
Александр слезает с Константина. Недовольно сопит. Константин поднимется, держась за поясницу.
Константин. Не знаю, как это у тебя получается… но ты чем больше выступаешь как женщина… Тем сильнее становишься похожим на мужика. Уже второй раз мне приказ отдал да ещё и шею чуть не сломал… кто ж так набрасывается?
Встают и садятся на скамейку.
Константин. Сто лет с тобой не дрались.
Александр. Да никогда не дрались. Ты мне давал тумаков, а я прятался… (
Константин. Извини, что я обозвал тебя женщиной. То есть не то чтобы я считал, что быть женщиной – это оскорбление, но…
Александр (
Константин обнимает его за плечи.
Константин. Саша, ну брось… главное, что я тебя люблю! А уважение… Ой, да оно сегодня есть, завтра нет.