Виват, Романовы! Часть III полностью

Марьфёдорна. О господи, ты слышишь, как звенит сервиз? Что они там делают?!

Константин. Матушка, ну у вас десять детей, неужели вам надо это объяснять..!

Марьфёдорна. Но при чём тут сервиз! Между прочим, это тот самый сервиз, который ваш отец подарил… да! Екатерине Ивановне Нелидовой!

Константин(закатывая глаза). Да там от него половина должна была остаться… остальное она в него покидала.

Марьфёдорна(возмущённо). Нет, ну она это специально! На моём сервизе! Другого места найти не могли!

Из-за закрытых дверей доносится короткий и громкий вскрик.

Марьфёдорна(взволнованно). Господи, что там с ней? Надеюсь, она не померла… хотя… хоть бы она и померла… подумаешь!

Константин. От счастья. (Задумчиво.) А может, он… избил её сервизом?

Марьфёдорна(возмущённо). Не понимаю, почему я должна это слушать! Елизавета Алексеевна даже в этом стремится привлечь к себе внимание!

Константин. Не хотите слышать, так отойдите от двери и перестаньте подслушивать… (Отгоняет её.) и дайте послушать мне…

Перекрутка.

Елизавета Алексеевна и Александр лежат на полу, уставшие.

Александр. Когда я просил тебя дать знать, что тебе хорошо, я имел в виду дать знать мне, а не всему дворцу… но я думаю, они за тебя порадовались. Тоже хорошо.

Елизавета Алексеевна (опустошённо). Да… это же так хорошо…

Александр. Согласен, ничего плохого тут я не нахожу…

Перекрутка.

Ночь. Лежат в постели Елизаветы Алексеевны.

Елизавета Алексеевна. В прошлый раз ты сказал, что тот раз будет единственным и неповторимым…

Александр. Да, в тот раз я так и думал. Но сейчас я подумал, почему бы не повторить неповторимое?

Елизавета Алексеевна(с надеждой). То есть оно ещё повторится?

Александр. Повтор означает второй раз. То есть оно уже повторилось. Следовательно… о Боже, я становлюсь похожим на моего отца!

Молчат.

Елизавета Алексеевна. Хотела спросить… И всё-таки спрошу. Почему в тот раз ты так жестоко оборвал мои надежды, сказав, что между нами ничего больше не будет? В чём причина? Ты приревновал меня к Охотникову?

Александр. Нет. Тот раз я связываю с сильными переживаниями после поражения под Аустерлицем. Я сказал, что это больше не повторится, потому что решил, что больше не буду участвовать в сражениях.

Молчат. Елизавета Алексеевна смотрит в потолок.

Елизавета Алексеевна. Но сегодня вся ночь за один раз считается или…

Поворачивается к нему. Рядом раздаётся тихое посапывание. Александр спит. Елизавета Алексеевна разочарованно вздыхает.

Перекрутка.

Утро. Александр просыпается. Зевает, потягиваясь. Елизавета Алексеевна лежит рядом и смотрит на него.

Александр. Ой, уже утро… почему же ты меня не разбудила?

Елизавета Алексеевна. Не знаю… ты так хорошо спал… мне было неловко.

.Александр вздыхает, встаёт, начинает одеваться.

Елизавета Алексеевна. Уходишь?

Александр. Да, мы там ещё не закончили. Ещё война идёт.

Елизавета Алексеевна (накручивая на палец прядь волос). Ну и… через сколько лет примерно тебя ждать в следующий раз?

Александр (застёгивая пуговицы на брюках). Не знаю… смотря когда будет следующая война.

Елизавета Алексеевна. Знаешь… на всякий случай… если у тебя будет свободный вечер… я уже не такая молодая и не такая гордая… так что если ты придёшь ко мне, чтобы провести ночь, я тебя не прогоню.

Александр (застёгивая пуговицы на мундире). Спасибо. Приятно знать, что есть женщина, которая меня не прогонит. Правда, у меня уже есть такая. Это моя матушка.

Елизавета Алексеевна. Я, наверное, не так выразилась, как хотела… я имела в виду, что мне ни с кем не бывает так хорошо, как с тобой…

Александр (застёгивая пуговицы на манжетах). Спасибо, мне приятно, что я лучше, чем другие твои мужчины.

Елизавета Алексеевна. У меня не было никаких других мужчин. После тебя. После той нашей единственной ночи. До этого, признаюсь, были. Я виновата. Но они и были только потому, что не было тебя. А после тебя уже никого не будет…

Александр (удивлённо). Это получается… шесть лет никого? Ну тогда понятно, почему ты такая страстная.

Идёт к двери. Елизавета Алексеевна провожает его взглядом.

Александр (оборачиваясь). Что вы сказали?

Елизавета Алексеевна. Я ничего вам не сказала…

Александр. Да, наверное, мне послышалось… (Открывает дверь.) А жаль.

Уходит.

Сцена 50