Виват, Романовы! Часть IV полностью

Перекрутка.

Кабинет Екатерины.

Екатерина бегает по кабинету. Стоит Семён Порошин.

Екатерина(в гневе). Это что такое?! Это что за письма? Вы вообще читали, что они пишут друг другу?!

Порошин. Не приучен читать чужих писем, простите.

Екатерина (в шоке). Чужих? Это письма моего сына! Что они пишут друг другу? Так нельзя писать! Вот это: «Павлуша», «душа моя», «жизнь моя»?! Это… это что такое? Как он смеет такие письма цесаревичу писать?

Порошин. Князь Куракин по натуре чувствительный и нежный в обращении…

Екатерина. А вы? Вы, значит, у нас посредничаете в этой нежной дружбе? Вы уволены! А князя Куракина я завтра же велю выслать за границу! Он портит моего сына!

Порошин(в отчаяньи). Увольняйте меня, но не лишайте Павла друга!

Екатерина. Я разрешу ему завести ещё одну собачку!

Порошин. Ему нужны тепло и человеческая ласка!

Екатерина (вне себя). Так найдите ему девочку!!!

Порошин. Ему двенадцать лет, какая девочка? Что вы говорите?

Екатерина. Вон!

Выгоняет Порошина.

Перекрутка.

Куракин с чемоданами садится в карету. Прощается с графом Паниным.

Панин. Эх ты, хитрее надо было быть! А не вываливать всю душу на бумагу!

Обнимает племянника. На балконе стоит грустный Павел. Куракин поднимает голову и машет ему рукой. Павел машет рукой в ответ.

Куракин. Я вернусь, Павлушка! Не скучай!

Садится в карету. Уезжает.

Перекрутка.

1776 год. Царское село.

Покои Павла. Павел лежит на кровати. Смотрит в потолок. Заходит Екатерина.

Екатерина. Значит, так. Чтобы утешить твоё разбитое твоей глупой женой и ещё более глупым другом сердце, я пошла на крайние меры… только попробуй и дальше тут киснуть и отказываться жениться во второй раз!

Отходит в сторону. В комнату заходит молодой Куракин.

Павел (вскакивая с постели). Саша!!! Ты вернулся!!!

Куракин. Павлушка!!!

Бросаются обниматься.

Перекрутка.

Коридоры Екатерининского дворца.

Екатерина идёт по коридору. Рядом с Екатериной идёт посол Пруссии.

Екатерина. Итак, отрекомендуйте цесаревича с лучшей стороны как жениха.

Двери распахиваются. В коридор выбегают Павел и Куракин в длинных мантиях и капюшонах. В руках – шпаги.

Павел (радостно). Мы масоны!!!

Убегают.

Екатерина(послу). Вы этого не видели.

Перекрутка.

Берлин.1776 год. Дворец короля Фридриха.

Ночь. Покои Павла. Павел и Куракин лежат рядом на кровати. Курят одну трубку.

Павел. Хочешь, я расскажу тебе такое, о чём никому не рассказывал? (Взволнованно.) Я вижу мёртвых! Я видел своего прадедушку, Петра Великого!

Куракин (взволнованно). Вот это да!!! И что он тебе сказал?

Павел (помолчав). Что я умру молодым.

Куракин. Ерунда! Что ещё может сказать мертвец? Не бери в голову.

Павел. Я и так это всегда знал. Когда я умру, ты будешь обо мне плакать?

Куракин. Нет. Потому что я умру раньше тебя.

Павел. Нет! Я раньше!

Куракин. Нет, я!!!

Павел (обиженно отбирая трубку). Ну и пожалуйста!

Перекрутка.

1776 год, ночь. Дорога из Берлина в Петербург.

Болото. Карета. Марьфёдорна спит сидя, прислонившись к окну. Павел лежит головой у неё на коленях. На противоположном сидении лежит Куракин.

Куракин и Павел не спят. Смотрят друг на друга.

Павел (шёпотом). Когда у меня родится ребёнок, я назову его Александром. Как тебя.

Куракин(шёпотом). А если девочка?

Павел. Тогда Александрой.

Куракин улыбается.

Павел. А когда ты женишься и у тебя родится ребёнок, ты назовёшь мальчика, как меня?

Куракин. Нет. Потому что я не женюсь.

Павел. Почему?

Куракин (вздыхает). Не судьба…

Павел (недовольно). Вечно ты мне всю историю портишь…

Перекрутка.

1783 год. Санкт–Петербург, Зимний дворец.

Кабинет императрицы. Екатерина проверяет финансовые счета. Павел стоит возле стола.

Екатерина(недовольно). И ты мне хочешь сказать, что это всё себе купила… Марьфёдорна?

Павел (смущённо). Ну да…

Екатерина. И инкрустированный бриллиантами плащ с мальтийским крестом? И четырнадцать пар бархатных сапог?! И вот это… «двадцать бутылок марочного древнегреческого вина» – выпила Марьфёдорна?!

Павел (совсем смущённо). Ну… матушка, ну а что… Почему бы Марьфёдорне и не выпить вина…

Екатерина. Двадцать бутылок на пятом месяце беременности?!

Павел молчит.

Екатерина(тяжело вздыхая). Значит, опять Куракин… ты хоть себе купил что-нибудь?

Павел. Я себе – нет. Вы же знаете, что мне ничего не надо. Но Марьфёдорна, Екатерина Ивановна и Саша мне точно что-то купили… но я ещё не смотрел.

Екатерина. Ага. Горазд Куракин делать тебе подарки за твой счёт! (Недовольно.) А вообще, за мой!

Павел. Ну-у-у… вы же мне подарков не делаете…

Екатерина. Я не делаю?! Всё, давай иди отсюда!

Павел уходит.