Что характерно, каждый новый переход из «хаба» в «хаб» давался парочке Алекс-Кумо всё легче и легче. Этак и впрямь скоро Алексов искин постигнет все тонкости взаимодействия со «слезой ангела», и я им стану не нужен от слова совсем. Впрочем, меня данный факт отнюдь не расстраивал — пусть их. Они сами по себе, я сам. Глядишь, вдвое лучший результат получим. Но это не точно.
А вот что точно, так это тот факт, что Алекс оказался прав насчёт функциональности всех «икринок» в «грозди» «таможенного поста». Пусть мою любимую «икринку» и занял Евгений Викторович — видимо, она являлась активной по умолчанию — но и с её ближайшей соседкой никаких проблем не возникло. И «прицелился» нормально, и «высадился» тоже, хоть на всякий случай и задал точку выхода в метре над поверхностью крошечного пляжика, приткнувшегося к отвесной скале. А уж какой тут воздух оказался! Свежайший, океанский, йодистый! Единственное, непривычно тихо — крыланского гвалта не слышно. Что, собственно, и немудрено на такой вот одинокой скале посреди бескрайних водных просторов. Тупо не долетают сюда наши перепончатокрылые аналоги птиц. Тут если кто и обитает, то исключительно всякие рако- и крабообразные вкупе с мелкими насекомыми и прочими беспозвоночными. Вон, даже растительности никакой! За исключением, понятно, водорослей, иначе откуда бы взялся йодистый запах? Но ветер свистит, да. С какой стороны ни глянь, очень удачное место. И укромное. Можно сказать, повезло.
На всякий случай оглядевшись, я извлёк из кармана комбеза одну из заранее заныканных на «заброшке» «слёз» и уже привычно мысленно «потянулся» к артефакту, благо технология отработана. И на этот раз, в отличие от всех предыдущих, постарался не полностью уйти в себя, а ещё и окружающую реальность хотя бы немного контролировать. И знаете, получилось! По крайней мере, ни волну искривления, пробежавшую по пляжу, скалам и даже волнам, ни мигнувший на какое-то мгновение свет я не пропустил. Скалу в качестве полигона мы, естественно, подобрали на дневной стороне планеты, хотя для наших искинов хватило бы и звезд. Но мы предпочли учесть фактор облачности, и не прогадали.
Но в том, что эксперимент прошёл удачно, меня убедил совсем другой признак, а именно, мгновенно наступившая тишина. Свист ветра исчез, да и мелкие волны песком шуршать почти перестали.
— Что скажешь, Ли? — на всякий случай поинтересовался я у электронного помощника.
— Процесс завершён, Ван-сяньшэн. Вывести схему «пузыря» в «дополненную реальность»?
— Валяй.
— Процесс активирован… процесс завершён. По совокупности признаков объект практически идентичен «пузырю» на Исла де Пальма, сяньшэн.
— Ну да, «слеза» почти такого же размера была, — припомнил я. — Хм… давай-ка теперь через Границу на него посмотрим… фига себе!!!
Сюрприз, как ему и положено, оказался совершенно неожиданным — едва я «потянулся» к «слезе», заключённой в амулете куму-пойаи, и сфокусировался на нечётком рисунке линий, как меня едва не затянуло в самую натуральную… чёрную дыру! Не такую, как в космосе, с аккреционным диском и прочими сопутствующими признаками, а действительно отверстие, сиречь тоннель, прорубленный (или проплавленный, не суть!) в чём-то материальном. Только в моём случае в качестве материального выступала Граница, вместо «сотовой» сферы отобразившая тот самый бездонный и абсолютно чёрный провал. Как на его краю удержался, сам не пойму. Видимо, благодаря адреналиновому выбросу, спровоцировавшему усиленное сердцебиение и дрожь в руках. Как бы то ни было, следующие минут пять я, сидя на песке, пытался успокоить пульс и унять дыхание. И категорически не желал повторно контактировать с амулетом. Ладно хоть, вообще на спине не распластался, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыбина.
И ведь, что самое поганое, посоветоваться не с кем! И Алекс, и Евгений Викторович торчат в «изнанке», а потому связь с ними в данный момент недоступна. Разве что…
— Ли? — тихонько позвал я.
— Да, сяньшэн? — отозвался искин.
— Ты зафиксировал параметры?
— Чего именно, сяньшэн?
— Ну, дырки этой… которая бездонная?
— Не совсем понимаю, о чём вы, Ван-сяньшэн, но могу вывести в «дополненную реальность» местный сегмент Паутины, — предложил неравноценную замену Лиу Цзяо.
Оп-па! Это что же получается, эффект «бездонного провала» всего лишь мой личный глюк? Занятно…
— Давай хотя бы её, — вздохнул я. — И это… я сейчас ещё раз попробую, а ты фиксируй всё, до чего дотянешься! Особенно то специфическое излучение «слезы».
— Принято, сяньшэн.
— Ладно…
Вдо-о-о-ох… вы-ы-ы-ыдох… и как в омут с головой!
