Меня и согнуло. Я стояла так некоторое время, ощущая как мои надежды разбиваются так же громко и молниеносно как антикварная статуя деда в гостиной.
Обменной монетой, я не хотела быть.
На мое удивление и страдание, в котором я позволила себе купаться долгие часы в покоях и не вышла на вечернюю трапезу, сославшись на плохое самочувствие. На мою радость, Гордон Стейдж уехал ужинать со своей дамой сердца в городскую ресторацию, посему, сбор семьи был необязательным.
А по утру, как выяснилось от Эдмунды, Адам Редвил забрал свой дорожный сундук и отбыл в столицу, растворяясь в серых красках тоскливой погоды.
Мокрый снег вел битву с дождем, поливая своими слезами окна моей комнаты.
Я чувствовала себя разбитой и провалялась весь день и ночь в постели, не желая разговаривать ни с кем.
Одинокая, ненужная и обманутая!
На следующий день, я сидела возле трюмо и смотрела в одну точку, разрывая на мелкие кусочки свой дневник, исписанный именем Винсента Тотала.
В комнату, как дикий зверь, влетел Гордон Стейдж с раскрасневшийся физиономией.
– Вас не учили стучать, дедуля? – безлико поинтересовалась я, бросив на него скользкий взгляд, в котором не читалось ничего кроме пустоты.
– Что ты наделала Вивьен?
Я нахмурила брови, совершенно не понимая, про что говорит родственник.
– Адам уехал, но признался тебе в своих чувствах. Ты что же, хочешь сказать, что у тебя так много ухажеров, что ты решила не отвечать взаимностью? – ухмыльнулся мужчина, опаляя меня неприятной физиономией.
– Вы в своем уме? – взвилась я, не в силах терпеть этот бредовый разговор. – Вы хотели продать меня за плантации и поля и сейчас мне рассказываете про какие-то чувства Адама? – я нервно усмехнулась, – быстро же он влюбился в меня, стоило ему пообещать блага, дедуля. Ладно он, хрен знает кто, но вы. Вы мой самый близкий человек решили продать меня за часть полей.
Гордон Стейдж не понимающе уставился на меня.
– Ты совсем свихнулась, Вивьен? Ты что несешь?
– О, прошу не делайте вид, что не в курсе, – рявкнула я, размазывая по лицу злые слезы, – я слышала ваш разговор. Вы проворачивали махинации за моей спиной. Продавали меня!
Родственник несколько секунд смотрел на меня, не моргая и совершенно не понимая, что я говорю или делая вид, что я говорю ерунду.
– Я, конечно, знал, что ты порой бываешь странной, но такого я не ожидал. Мы говорили о старой мельнице, нашем владении, которая находится ближе к столице. Она приносит нам некую прибыль, но будет лучше, если ей займется человек более предприимчивый. Мы договорились с Адамом что он возьмет ее под свое руководство и попробует наладить там дела. За это я обещал ему, что мы скорректируем наши договорные отношения. Сначала, надо было думать башкой, а потом уже делать выводы.
Гордон Стейдж рьяно постучал себе по лбу.
– Что? – промямлила я, чувствуя, как язык прилипает к небу. – Но вы говорили о плодовитости.
– Да! О том что мельница еще может приносить прибыль! – заорал дед. Я первый раз видела его столь эмоциональным. – Человек влюбился в тебя, влюбился! Мы разговаривали намедни, и он просил позволения вам познакомиться ближе. Ты не представляешь как я был рад, но ты все испоганила! А я-то думаю, что он так рьяно покинул Аквалон, а оказывается ты выказала свое фи.
Я сглотнула, боязливо и трясясь как лист на ветру.
– Я сказала ему, что влюблена в Винсента и у нас с ним все хорошо.
Гордон посмотрел на меня как на последнюю идиотку.
– Конечно, после такого признания, Адам явно подумал о тебе, что ты не дружишь с головой и правильно сделал что уехал. И как тебе Винсент? Ты говорила мне что разочарована в нем?
– Я говорила честно. Чтобы позлить сказала. Мне не нужен Тотал. Я тоже влюблена в Редвила.
Стейдж застыл. Желваки ходили на его лице ходуном.
– Если ты считаешь меня дураком, так вот скажу тебе, что я не дурак и все прекрасно вижу, и замечаю, в отличие от тебя. С недавних пор я заметил, что ты задумчива и поглядываешь на Адама как-то иначе. И что прикажешь делать?
– Я не знаю. Ничего. Не позориться же дальше перед ним.
Закусив губу, я встала в сторонке, заламывая себе пальцы.
Я готова была помереть на месте от стыда и идиотизма.
Адам рассказывал деду, что влюбился в меня, а я все перепутала!
– Собирайся и езжай в столицу и поживее, пока какая-нибудь хитрая дама не опередила тебя. Вот тогда, я лишу тебя довольствия и отправлю в мерзлые земли следом за отцом. Будете жить там как два изгоя и только попробуйте вернуться.
– Дедуля, вы что-то совсем разошлись со своими угрозами.
– Я больше не буду с тобой церемониться! Хватит! Чтобы в течении получаса, я тебя не видел в особняке, ясно?
– Понимаю с первого раза, – прорычала я, начиная беситься.
– Что-то не похоже.
Гордон Стейдж быстро поглядел по сторонам и сняв с плечиков пальто сунул мне его в руки. Туда же полетела сумка и высунутые из кошеля деда лари.
– Шустрее, пока не стемнело.
Не став спорить, я покинула покои, а затем и дом, даже не взглянув на наследие Стейдж.