– Госпожа, я – не «все». Меня невозможно забыть. Джамиль бредит мной, восхваляет, любит, бережет. Я вдохнула в него новую жизнь, яркую, дурманящую. Господин приказал мне сегодня вновь явиться к нему, – уверенно ответила молодая женщина, ловя на себе восторженный взгляд Султаным:
– Я рада, что выбрала правильную наложницу для своего пасынка. Что ж, раз ты так уверена в нашем успехе, пора начинать. Сегодня ты поведаешь принцу об этой непростой затее, а завтра, к обеду, все сделаем. Я отослала письмо Муяссар. Скоро она с семьей приедет сюда, – Вивиана усмехнулась, понимая, что не ошиблась в своих догадках. Афифа уже все рассчитала. Жаль, что молодая Султаным будет видеть казнь матушки: – Но помни, Малиха, это наш секрет. Если все пойдет, как надо, мы обе получим желаемое, если ошибемся – лишимся всего. Завтра утром будь готова, а пока иди, – поклонившись, девушка быстро покинула покои злобной госпожи, радуясь уже начинающейся победе. Лишь одна ночь отделает ее от мести, лишь одна ночь, и счастливая звезда счастья засияет на горизонте.
Ясное утро не принесло облегчения. Испуганная и потерявшая уверенность, Вивиана меряла покои принца беспокойными шагами, покусывая губы.
Внезапно двери распахнулись, и в комнату буквально залетел разгневанный Джамиль. Убирая дрожащими руками растрепанные волосы, он приказал охранникам никого не впускать. Тяжело дыша, принц опустился в кресло: – Наше дело под угрозой.
– Что случилось? – Вивиана подбежала к возлюбленному, взяв его холодные руки в свои: – Неужели твой отец о чем-то догадался?
– Нет, Виви, дело не в этом, – наследник нежно погладил губы англичанки, борясь с желанием припасть к ним своими горячим устами: – Сегодня на обед к шейху приглашены очень уважаемые люди: вали[61] Эль-Хандии[62] – Сохраб Ага Эфенди, бывший эмир Луксора – Аманулла Эфенди со своими юными сыновьями, второй визирь шейханатства – Зиннат Паша и близкий друг отца – племянник покойного кади – Фянис ибн Халиль. Эти люди слишком важны в государстве. Возможно, Афифа еще не знает, что ее план проваливается. Но самое плохое даже не это. Личным слугой шейха на обеде будет…Лиан, – молодая женщина округлила от ужаса глаза, сжав до крови подлокотники кресла:
– Это все перечеркает. Скорее всего, эта подлая змея специально подослала его, дабы мы не смогли обмануть ее.
– Нет, мне удалось разузнать, что вчера вечером мачеха и раб сильно поссорились, и она приказал ему больше не появляться в ее покоях. А отец, всегда доверявший этому подкупному мерзавцу, нанял его себе на службу. Я не знаю, что делать, Вивиана. Сейчас немедленно иди к Афифе. До полудня остались считанные часы, – девушка быстро направилась к двери, но Джамиль внезапно придержал ее за локоть, и, прижав к себе, сладко поцеловал: – Будь осторожна, любимая, – с радостью ответив на ласку принца, девушка игриво улыбнулась, выбежав из покоев.
Султаным отреагировала на неблагоприятное известие вполне холодно и равнодушно: – Я не собираюсь из-за горстки каких-то поганых аристократов менять свои планы. Мы сделаем все сегодня, и точка. Но если ты не хочешь, то отправишься на морское дно, как корм для рыб, – злобно прошептала госпожа, оскалившись в хищной усмешке. Достав из маленькой шкатулочки какой-то флакон с густой, синей жидкостью, Султаным протянула его Вивиане: – Вот, возьми. Это очень сильный яд, действует мгновенно. Сначала у жертвы начинается боль в горле, потом она перерастает в удушье. Жидкость попадает в легкие, разрывая их на части. Лишь за считанные минуты несчастный умирает, – девушка с ужасом заметила, как в глазах египтянки блеснул нечеловеческий, ужасающий огонь. Леди Бломфилд дрожащими руками взяла бутылочку, спрятав ее в поясе: – Подольешь это в бокал с вином, который и подашь к столу. Все произойдет слишком быстро. Надеюсь, Джамиль сумеет тебя защитить от правосудия кади, но знай, эта миссия слишком опасна, будь осторожна. Из-за любой малейшей ошибки ты лишишься жизни, либо она произойдет по приказу суда, либо, по-моему. Можешь идти, – судорожно сглатывая от страха и даже не поклонившись, Вивиана поспешно вышла из душной комнаты.
