Так спустя столетие после смерти Константина V его попытка отвратить народ от того, что он считал идолопоклонством, провалилась окончательно, и иконопочитатели сделали все от них зависевшее, чтобы он вошел в историю как тиран и нехристь. Но, несмотря на все их усилия, память о нем и его заслугах, позволивших Византии выжить вопреки всему, не была уничтожена полностью. Солдаты тагматы, которые ворвались в храм Святых апостолов в 786 году, возможно, сделали это не потому, что были непримиримыми иконоборцами, а потому, что не могли видеть, как дело рук их вождя и героя уничтожается. К 813 году империя вновь зашаталась после поражения от болгар, которых Константин V сдерживал столь эффективно. Когда пришла весть о том, что болгары захватили город Месембрия во Фракии, охваченная паникой толпа бросилась в храм Святых апостолов. Вскрыв двери императорского мавзолея, люди упали на колени перед гробницей императора-иконоборца, моля его встать и вновь выступить против врага. По городу пронесся слух, что мертвого императора видели скачущим верхом на коне на запад, туда, где лютовали враги. Такого власть потерпеть не могла. Городской наместник прибыл в мавзолей и арестовал зачинщиков. А позже, после восстановления икон в 843 году, саркофаг вывезли из церкви, а кости давно умершего императора вынули из него и сожгли на одной из главных площадей Константинополя. Так Византия отплатила одному из величайших своих правителей, лишь потому, что его взгляды отличались от тех, что стали догмой православия.
[Русы] грязнейшие из творений Аллаха… Они не моют своих рук после еды, но они, как блуждающие ослы.
Вторник 18 июня 860 года начался для жителей Константинополя как любой другой день. Императора и его главных советников не было в столице. Вместе с войском они переправились через Босфор и двинулись на Восток, в Малую Азию, отражать набег арабов. Никаких вестей или предупреждений о других угрозах не поступало, и казалось совершенно безопасным оставить город на эпарха (градоначальника) и небольшой гарнизон. В бухте Золотой Рог, как обычно, кипела жизнь: у пристани толпились купеческие галеры со всех уголков Средиземноморья. Вдруг все увидели дым, поднимавшийся над морем на востоке: что-то горело в проливе Босфор и на Принцевых островах в Мраморном море. Те, кто поднялся на городскую стену, смотрящую на море, чтобы выяснить, что происходит, с ужасом увидели флот из 200 кораблей, курсирующих вдоль азиатского берега. С них на сушу сходили вооруженные люди и нападали на разбросанные там беззащитные поселения. Сам Константинополь, окруженный стенами, был в безопасности, но в отсутствие армии невозможно было ничего сделать, чтобы помешать пришлым разграбить пригороды. К императору отправили гонцов, а после этого единственным, что оставалось, была молитва. Толпы собрались в западной части города у Влахернской церкви Богородицы, где размещалась драгоценная реликвия, риза Богородицы, которая, по преданию, в 626 году помогла спастись от аваров. На город опустилась тьма, но на расстоянии были видны огни. На следующий день к толпе молящихся присоединился сам патриарх Константинопольский Фотий. Он распорядился вынести покров Богородицы из церкви и процессией обойти с ним городские стены в сопровождении гимнов и литаний. К концу дня, когда святыню вернули в церковь, корабли исчезли так же внезапно, как появились.
Когда группы разведчиков осторожно вышли за пределы укреплений, стали ясны масштабы резни. Трупы были повсюду, писал Фотий:
…лежал вол и около него человек, дитя и лошадь получали общую могилу, женщины и птицы обагряли кровию друг друга … мертвые тела загноили нивы, стеснили дороги … лощины и овраги нисколько не отличались от городских кладбищ.
