Византийская империя полностью

Два первых правителя Исаврийской династии смогли, пусть и незначительно, изменить гибельный курс империи. Тем не менее большинство византийских источников пишут о них с насмешкой и презрением. Поводом для этого стало известное (и зачастую представляемое в ложном свете) движение против почитания изображений святых, получившее название иконоборчества (букв. «разбиение икон»). Это религиозное течение имеет сложный характер и до сих пор вызывает множество споров, но существуют четыре исторические вехи, которые не вызывают сомнений: Иерийский собор (Иконоборческий собор) 754 г., официально положивший начало иконоборчеству, Седьмой Вселенский собор 787 г. в Никее (Второй Никейский собор), выступивший против него, Константинопольский собор в Айя-Софии 815 г., открывший второй период истории византийского иконоборчества, и, наконец, Константинопольский собор 843 г., получивший название «Торжество православия» и окончательно восстановивший иконопочитание. Вопрос, который горячо обсуждается и по сей день, – когда началось иконоборчество, а точнее, какую роль сыграл Лев III в борьбе с иконопочитанием. Как свидетельствуют иконофильские источники (все созданные после 800 г.), движение набирало силу именно с его подачи. Если принять эти свидетельства как неоспоримое доказательство раннего периода иконоборчества, то эта версия выглядит весьма убедительно, однако многие ученые спорят о подлинности таких свидетельств и усматривают в них попытку переписать историю – после 843 г. многие исторические тексты подвергались исправлению сообразно политическим требованиям нового времени.

В 720-х гг. некоторые анатолийские епископы начали выступать против использования религиозных изображений, которые постепенно исчезли из их церквей. Константинопольский патриарх Герман I попытался решить вопрос дипломатическим путем. В 730 г. он сложил с себя омофор – явление из ряда вон выходящее, и это наводит на мысль, что на него оказывалось сильное давление. Иконофильские источники утверждают, что это была реакция на учреждение иконоборчества императором Львом III, однако патриарх мог отойти от дел и в знак протеста против налоговой политики императора, упразднявшей имущественные льготы церкви. Упомянутые решительные шаги папы Григория II в ответ на действия Льва III в равной степени можно рассматривать и как реакцию на имперскую кампанию против иконопочитания.

В различных источниках приводятся многочисленные причины, побудившие Льва стать иконоборцем. Это могла быть и реакция на сильнейшее извержение вулкана в 727 г. на острове Санторин (что было воспринято Львом как знак Божьего гнева за идолопоклонство), и происхождение императора: он родился на Востоке, а у иудеев и мусульман изображать Бога и святых не принято. Лев III пытался найти ответ на вопрос, почему империя вот уже сто лет терпит поражения, а арабские кампании завершаются блестящими победами. В результате таких размышлений корнем всех бед император вполне мог признать почитание икон, поскольку это можно было интерпретировать как нарушение второй заповеди, запрещающей поклонение изображениям одушевленных существ («Не сотвори себе кумира»). В сущности, объяснение состояло в том, что византийцы карались за возвращение к идолопоклонству. По свидетельствам современников, Лев приказал снять большое изображение Христа с ворот Халкопратии на дворцовой площади в Константинополе, издал указ, приказав убрать все иконы, и послал его папе (можно предположить, что и во все церкви империи). В 731 г. в Риме был созван Синод, резко осудивший такое вмешательство в дела христианской церкви. Несмотря на то что большинство источников, запечатлевших эти события, были написаны много позже и, вполне вероятно, подделаны, нет причин считать все происходившее целиком выдумкой.

Апсида храма Святой Ирины в Константинополе. Церковь была перестроена при Константине V в 740-х гг., единственное украшение – огромный крест

© Cortyn / shutterstock.com