Не только Константинополь, но и Солунь, один из крупнейших городов империи подвергся в то время нападению славян и действовавших вместе с ними аваров. Анонимный автор, переживший осаду Солуни, так описывает славянское войско, стоявшее у городских стен: «И тут-то увидели на большом расстоянии это неисчислимое множество людей; они протянулись от восточного края городских укреплений, примыкающего к морю, до западного конца стен, - словно смертоносным венцом они охватили город. Нельзя было разглядеть ни единого клочка земли, который бы ни был попран варварами. Вместо земли, деревьев или травы виднелись лишь головы противников, собранные в одном месте и тесно прижатые друг к другу и угрожавшие нам завтра неизбежной смертью».
Уже в конце VI в. славяне заняли важные пункты на Адриатическом побережье; недаром напуганный успехами славянских племен папа Григорий I писал в 600 г., что славяне угрожают теперь вторжением в Италию. В начале VII в. славяне заняли Салону, административный центр Далмации. Тем временем другие славянские племена проникли в Фессалию, Аттику, на остров Эвбею и даже в Пелопоннес. Они предпринимали также попытки высадиться на Крите и других островах.
Кульминационным моментом славяно-аварского наступления на Восточную Римскую империю был поход 626 г. на Константинополь, когда славяне и авары действовали в союзе с персами. К стенам столицы было придвинуто множество осадных машин; славяно-аварская пехота осадила город с суши, тогда как бесчисленное количество славянских ладей-однодеревок, пришедших с Дуная, наполнило залив Золотой рог. Однако ромеи обладали превосходством на море, и это решило исход осады: славянский флот потерпел поражение, а вслед за тем были разбиты и их сухопутные войска.
Известия нарративных источников о вторжении славян на Балканский полуостров подтверждаются археологическими данными, и прежде всего многочисленными находками бронзовых изделий славянского производства на территории Греции. Особенно интересны находки в городе Новый Анхиал, в Фессалии, на берегу залива Воло: при раскопках одной из раннехристианских базилик здесь был обнаружен огромный скелет мужчины, похороненного с различными вещами, в том числе с характерными славянскими украшениями, - по-видимому, эта могила принадлежала славянскому князю; обнаруженный в ней инвентарь позволяет датировать ее серединой VII в.
Более спорными являются находки у Коринфской стены, где были раскопаны погребения воинов с железными наконечниками копий и бронзовыми поясными пряжками; эти погребения также датируются VII в., и одно время их считали славяно-аварскими, так как пряжки подобного типа часто встречаются в областях, заселенных в то время славянами и аварами; впрочем, такие пряжки изготовлялись и в византийских мастерских - поэтому вопрос об этнической принадлежности воинов из погребений у коринфской стены не может считаться окончательно решенным.
Топонимический материал также свидетельствует о проникновении и длительном пребывании славян в Греции и, в частности, в Пелопоннесе: мы можем насчитать в Пелопоннесе несколько сот названий местностей, восходящих к славянским корням и, следовательно, обязанных своим происхождением славянам.
Итак, в конце VI и в начале VII в. Балканский полуостров был занят и заселен славянами. Западные писатели VII-VIII вв. рассматривали Грецию как страну, принадлежащую славянам. Так, историк VII в. Исидор Севильский сообщал, что в начале правления императора Ираклия славяне отняли у «римлян» Грецию. А другой западный писатель, составивший в VIII в. описание «подвигов» благочестивого епископа Виллибальда, прямо помещал пелопоннеский город Монемвасию в «Славянской земле».
Только отдельные города, расположенные на побережье, подобно Солуни или Коринфу, смогли сохранить политическую независимость от славянских князей; при этом Солунь подверглась упорной осаде и даже разнесся слух, что город попал в руки славян; Коринф же действительно был взят, но императору Константу II удалось отвоевать его. Еще в начале IX в. славяне, продолжая наступление, пытались овладеть пелопоннеским городом Патры.
В Малую Азию славяне проникли в гораздо меньшем числе, и эта область не стала «славянской землей», хотя в Вифинии и некоторых других провинциях империи были расселены тысячи славянских поселенцев, обрабатывавших землю и служивших в императорских войсках.
Восточная Римская империя испытала за время своего существования немало вторжений самых различных народов, но ни одно из этих вторжений не имело такого значения, как славянское. Другие народы приходили и уходили, и лишь скромные осколки промелькнувших племен оставались на ромейской земле; славяне же осели на Балканском полуострове, образовав здесь свои первые государственные объединения. Вместе с тем они составили важный этнический слой населения ряда областей Восточной Римской империи и оказали существенное влияние на ее социально-экономическое развитие.
