На что девушка ответила:
– Это не моя собака. Я подобрала ее на улице, она чуть не попала под машину, во всяком случае, завизжала. Вот, хочу отвести ее к ветеринару. Может, возьму к себе…
И тут он, наконец, увидел саму Клер, так звали эту девушку, и не мог отвести от нее глаз.
– Разрешите, я Вам помогу?
– Охотно.
Ему стоило только свиснуть, как собака, приободрясь, побежала рядом с ним.
– Они меня за своего принимают.
Болтая и смеясь, и не сводя глаз друг с друга, они вошли, сначала в клинику, а потом в кабинет к ветеринару.
– Вы ко мне? – с трудом привлекая их внимание, спросил доктор. Они замолчали, словно не понимая, как здесь оказались.
– Как зовут несчастное животное?
– Кардинал, – нашелся Бернар.
– Странное имя для суки… – удивился врач и принялся за обследование.
Назначив лечение, он согласился поместить Карди к себе в клинику, потребовав вперед кругленькую сумму. Бернар, не торгуясь, выписал чек.
Потом они вместе пообедали и вместе сходили на концерт. Он узнал, что Клер окончила балетную школу, но профессионально не танцует, а держит с подругой небольшую студию танца для детей. Она рассказала, что у нее большая семья – четыре брата, а она самая младшая, и еще у нее куча племянников. В Париже живет одна, недалеко от студии, в квартирке, которую снимает вместе с подругой.
Она шла, высоко подняв головку, немного «по-балетному»: выворачивая ступни, легко ставя ножки в изящных туфельках. Две недели они почти не расставались. Еще две недели понадобились на поездку к ее родным в Медок, на подготовку к свадьбе и саму свадьбу.
В Москву Бернар приехал в октябре, с женой, в новой должности, чем немало удивил своих друзей. Клер была беременна, и через положенный срок на свет появились мальчик и девочка, двойняшки. Бернар был счастлив, он просто носил Клер на руках, подарил ей соболью шубку… и нанял нянечку – благо КГБ было заинтересовано в постоянном присмотре за ними. Тогда нянечку нанять было очень трудно. Буквально все, что касалось быта, было проблемой. Они страстно любили друг друга, получая огромное наслаждение от близости. Он не был новичком в любовных играх и, как выяснилось, она тоже обожала эти радости жизни, – кто их не любит? Они очень подходили друг другу: он – нежный, предупредительный, галантный, да еще таким прекрасным голосом исполняющий французские баллады и русские романсы. Гроза верности жен и невинности дочерей партийных бонз[10].
Она – красивая, легкая, прекрасно танцующая, плохо говорящая по-русски, но с очень приятным французским акцентом, очаровала и генералов, и ответственных чиновников, и всяких других нужных людей.
Слово «ревность» было им незнакомо. Они любили друг друга и короткие «измены» только разжигали их страсть.
Добрые женщины время от времени «открывали ему глаза», на что он очень удивлялся, негодовал и… посмеивался. А Клер, когда ее желали поссорить с мужем, не понимала по-русски, а когда доброжелатели на хорошем французском языке рассказывали об изменах мужа, чуть ли не с фотографиями в руках, она притворялась овечкой:
– Он мой господин, это его дело, как проводить свободное время!
Это были прекрасные времена. Бернар проворачивал множество дел одновременно, оброс связями, успешно руководил приехавшим в 1976 году «молодняком», выпускниками Корпуса. Он их «обкатывал», в те времена большая совместная советско-французская работа велась в Сомали и на Мадагаскаре. Вот он и гонял их на переговоры и консультации. Шарль, круглолицый бретонец, коренастый и очень трудолюбивый не доставлял Бернару хлопот, выполнял все поручения точно и в срок. Он стремился сделать карьеру и все свободное время посвящал самосовершенствованию: чтению профессиональной литературы, анализу газетных статей на политические темы и… йоге. Но Даниель и Оливье были очарованы русскими девушками. Даниэль высокий, красивый, неожиданно стал поклонником женской легкой атлетики, в свободное время он приходил в спортивные залы и наблюдал за тренировками стройных, мускулистых девушек. Он встречался сразу с двумя, одна была из клуба «Спартак», кандидат в мастера спорта, а другая из «Крыльев Советов» юная перворазрядница. Оливье, сын банкира, которого отец отправил учиться в Корпус, потому что все приличные учебные заведения отказывались брать хулигана к себе.
