Важно
Говоря о детекции лжи, следует отметить, что истероид верит в то, что он говорит. И если во время беседы с ним верификатор не зафиксировал факт преступления, то через некоторое время память, сознание и бессознательное истероида начнут отрицать информацию об этом событии, о том, что он совершал/не совершал. И тогда для того, чтобы понять, что на самом деле произошло, понадобятся серьезные усилия, чтобы добраться до нейрологической структуры памяти этого человека.
Как же будет вести себя истероид, если он причастен (виновен)? Поскольку основным механизмом психологической защиты у истероидов является отрицание, которое может постепенно перейти в истерию, то сценарий поведения в момент проведения беседы с целью получения какой-либо доказательной базы будет приблизительно таким.
1. Сначала он может начать имитировать болезнь, заявлять, что ему очень плохо, что он нехорошо себя чувствует и не может продолжать эту беседу.
2. Затем попытается перенести разговор в другой контекст, на другое время, будет ссылаться на то, что он сейчас не готов каким-то образом вести коммуникацию.
3. Если это не удастся, то он «включит» модель забалтывания и будет пытаться поговорить о чем угодно: о погоде, природе, полиграфии, других инструментах детекции лжи, рассказывать какую-то жизненную ситуацию с целью вызвать жалость верификатора.
4. Если и это не помогает, то может перейти к истерике, и дело дойдет до слез, причем как у мужчин, так и у женщин. Все это делается для того, чтобы верификатор так или иначе принял его точку зрения и не нанес ему вреда.
Важно
Верификатор должен помнить, что такое поведение связано с инфантилизмом и детскими стратегиями, так срабатывает механизм отрицания и что не нужно поддаваться на такие наигранные уловки.
Для начала совершим экскурс в психофизиологию. В основе эпилептоидности лежит вязкая, возбудимая, энергетически слабая нервная система. Кору головного мозга образуют от 9 до 14 миллиардов нейронов, и если она повреждена (например, при прохождении ребенком родовых путей), то недоразвитые нейроны начинают работать значительно медленнее, чем их здоровые собратья. Снижается не только их быстродействие, но и объемы памяти.
В измененных участках коры головного мозга такого человека накапливается и застаивается возбуждение, происходящее из-за большого потока информации, которую мозг не в силах обработать, и образуются так называемые пробки. Растет возбуждение, которое начинает захватывать и соседние участки мозга. И если оно не находит адекватного выхода в виде разрядки, серьезного мозгового штурма (или другой разрядки посредством мышечного или интеллектуального действия), то перерастает в раздражение. В свою очередь, когда раздражение достигает своего пика, оно прорывает заслон самоконтроля и резко вырывается наружу вспышкой агрессии. Вспышка агрессии может быть словесной или физической.
Эта структура (возбуждение – появление раздражения – накопление этого раздражения, а в дальнейшем проявление агрессии) не зависит от человека, он не властен над своими немотивированными вспышками агрессии, они напоминают немотивированные приступы мышечных судорог у больных эпилепсией. Отсюда и сходство названий. В основе эпилептоидного психотипа лежит тенденция, которая называется «разрушение» — поведение, призванное разрушить барьер, который препятствует удовлетворению важных для него потребностей.
