Расследуя жуткие убийства магов, молодой аврор сталкивается с массой странностей в деле, которые вынуждают его обратиться за помощью в Отдел Тайн. Жертв всё больше, и самим следователям придется приложить все свои силы, чтобы сохранить рассудок и собственную жизнь. Но, ко всему прочему, существуют еще и личные проблемы, с которыми тоже не так просто разобраться, особенно если они начинают, вдобавок, причудливо переплетаться с самим расследованием.
Annotation
Расследуя жуткие убийства магов, молодой аврор сталкивается с массой странностей в деле, которые вынуждают его обратиться за помощью в Отдел Тайн. Жертв всё больше, и самим следователям придется приложить все свои силы, чтобы сохранить рассудок и собственную жизнь. Но, ко всему прочему, существуют еще и личные проблемы, с которыми тоже не так просто разобраться, особенно если они начинают, вдобавок, причудливо переплетаться с самим расследованием.
Pinhead
Глава 1. Консультант из Отдела Тайн
Глава 2. Серый след
Глава 3. Развитие явления
Глава 4. Две вспышки
Глава 5. Лишь инструмент
Глава 6. Нежданный маяк
Глава 7. Беглец и Роза
Глава 8. Тайная комната
Глава 9. Беды Азкабана
Глава 10. Забытый невыразимец
Глава 11. Метла и другие трудности
Глава 12. Два русла
Глава 13. В яме
Глава 14. Слезы дракона
Глава 15. Нечто невидимое
Глава 16. Во плоти
Глава 17. Ангел хранитель
Глава 18. Лик невыразимого
Глава 19. Новости вечернего леса
Глава 20. Самое ценное
Глава 21. То, что надо было исправить
Глава 22. Наконец-то дома
Глава 23. За гранью понимания
Глава 24. Труп для несущего горшок
Глава 25. Пациентка из первого бокса
Глава 26. Последний дар
notes
1
Pinhead
Визит из невыразимого
А пока — a la guerre comme a la guerre, все спокойно.
На границах мечты мы стоим от начала времен
Глава 1. Консультант из Отдела Тайн
Мы бьемся, как мухи в стекло,
Мы попали в расколдованный круг;
Отчетливо пахнет плесенью.
Моя душа рвется на юг.
У него ушло, наверное, полчаса на то, чтобы привести колдографии в удобоваримый вид. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы Гермиона увидела их в оригинале. Кое-какие кровавые следы, правда, пришлось оставить как есть, они попадали на надписи, и с этим уже ничего нельзя было поделать. Когда она вошла к нему в кабинет, он всё еще придирчивым взглядом оглядывал кадры, решая, можно ли подчистить получше.
Ее длинные волосы были уложены в аккуратные волны, но она привычным движением всё так же пыталась поправить их, словно свою старую гриву.
— Гарри? — он поднял глаза, увидел ее широкую улыбку и невольно улыбнулся в ответ, несмотря на то, что настроение у него было хуже некуда.
Когда он вчера вечером обратился в Отдел Тайн за помощью, он искренне надеялся, что Гермиону его просьба не коснется. Втягивать ее в подобную историю у него не было никакого желания, и он считал, что по такому важному делу руководство отдела пришлет кого-нибудь более опытного, а не сотрудницу, и года еще не проработавшую на своей должности. Каково же было его удивление, когда, вернувшись домой, он обнаружил преспокойно сидящую на диване Гермиону, поглощавшую кофе с шоколадной лягушкой и поглядывающую на него довольным взглядом. С его стороны наивно было рассчитывать, что лучшая подруга упустит такой замечательный шанс поработать с ним вместе. Знала бы она, что за пакость он сейчас расследовал…
Конечно, они виделись довольно редко в последние месяцы, и ему самому, чего уж греха таить, было гораздо приятней иметь дело с ней, чем с каким-нибудь незнакомым ему невыразимцем, каждый из которых выглядел так, словно лом проглотил. Но лучше бы это было какое-нибудь другое расследование.
— Ну что, давай сюда свою загадку, — Гермиона деловито уселась на стул перед его рабочим столом и протянула руку.
В общих чертах он еще вчера описал ей обстоятельства дела. Но колдографии с текстом решил сперва подготовить. Раз уж она будет участвовать, пускай сидит себе и спокойно работает у себя в кабинете, а не наблюдает воочию всякие тошнотворные картинки.
— Держи, — он в последний раз взглянул на плоды своих трудов и протянул ей пачку снимков.
— Ага! — ее лицо сразу приняло сосредоточенное выражение. Какое-то время она перебирала снимки, и Гарри безошибочно определил по загоревшемуся огоньку в ее глазах, что она крайне заинтересована. Вдобавок к этому он обнаружил на ее запястье здоровенный синяк.
— Где умудрилась?
Она взглянула на руку и тут же полезла за палочкой, закатив глаза.
— Ну, вот опять! Убирать не успеваю.
Она поднесла палочку и стерла синяк в мгновение ока.
— И почему я такая неловкая?!
Он терпеливо ждал ее вердикта, ощущая это такое знакомое ему чувство под названием «спроси Гермиону и расслабься», которое когда-то раздражало, потом стало привычным, а теперь вызывало исключительно только волну теплых воспоминаний. На этот раз он вспоминал о том, как она действительно, порой, сшибала всё подряд, когда летела по коридору школы, прижав к груди очередной толстенный фолиант, полная нетерпеливым желанием взяться за его изучение. И частенько зарабатывала синяки, задевая углы или конечности статуй. Такая родная и привычная Гермиона!
— Думаю, ты правильно сделал, что обратился к нам, — наконец сказала она, откладывая снимки на край стола, — это очень любопытная вещь.
— Миона, там, вообще-то, люди погибли.
— Да, — она нахмурилась, — как о таком можно забыть? Но это и вправду любопытно. Совершенно незнакомый язык. Ни на что не похожий. Ты вообще уверен, что надписи как-то связаны с убийством?
