— Ч-черт, конечно нет! Готов поспорить, что ты обнюхал каждую бумажку и прихватил все, что могло бы помочь тебе раскрыть это дело. И чтобы мы до этого не докопались!
— Но вырезки-то я тебе оставил, — сухо сказал Шейн.
— А как Гарли объяснил тебе их существование?
— Да никак! Ничего он не стал объяснять.
— Но хоть что-нибудь он сказал по этому поводу?
— Точно так же, как и ты, я решил, что не стоит выкладывать ему все сразу. Как видишь, Уилл, все очень просто.
— Разве ты не сказал, почему тебя интересует эта Уэзерби и почему ты заявился к нему?
— А вот об этом мы с тобой не договаривались, — покачал головой Шейн. — Могу только добавить, что лично я никого не подставлял.
Джентри открыл было рот, чтобы ответить, но с усилием сдержался. Поставив на стол недопитый стакан, он тяжело поднялся и ворчливо спросил:
— Тим, ты идешь?
— Да я вот думаю, не задержаться ли мне на несколько минут? — медленно произнес Рурк, не глядя на Шейна. — Сейчас иду, вот только допью и узнаю, нет ли у его блондинки какой-нибудь подружки?
Джентри засопел и направился к двери, но в этот момент зазвонил телефон и шеф полиции тут же притормозил, чтобы послушать, о чем будет говорить Шейн.
Когда детектив ответил, в трубке послышался возбужденный девичий голос:
— Алло, это Майкл Шейн? Детектив?
— Да.
— Вы меня не знаете, мистер Шейн. Меня зовут Мэри Девон. Я живу в одном номере вместе с Элен Тейлор, — скороговоркой выпалила она и замолчала.
— Да-да, я слушаю, — повторил Шейн. Он насмешливо посмотрел на репортера и шефа полиции, которые внимательно прислушивались к разговору.
— Случилось нечто ужасное, — продолжала девушка, и паника в ее голосе нарастала. — Элен, мистер Шейн, боюсь, что она умирает. Я вызвала врача, но она вое время повторяет ваше имя. И что-то про Ванду Уэзерби Я ничего не понимаю, но может быть, вам это о чем-нибудь говорит? Прошу вас, поторопитесь, потому что… боюсь, что… о, наверное, это доктор!
— Где вы находитесь?
Она назвала маленький отель на Майами-авеню и номер комнаты.
— Все понял, — сказал Шейн, бросил трубку и вскочил с кресла. — Ну и дела! Муж Сильвии. Едет сюда, злой, как черт! Вы, ребята, как хотите, а я сматываюсь.
Шейн затянул узел галстука, схватил пиджак и, натягивая его, метнулся в спальню. Распахнув дверь, он крикнул Шейле:
— Крошка, нам надо поскорее убираться отсюда! Скоро здесь будет твой муж, а настроение у него сейчас такое…
— Что-о-о? — изумленно произнесла она, округлив глаза.
Шейн, зная, что к его словам внимательно прислушиваются два человека, сделал вид, что разозлился.
— Да скорее же, ради Бога! Только что звонил Пит!
Он поймал ее за руку и потащил к двери, по дороге подхватив с дивана ее меховой жакет.
Джентри и Рурк, стоя у двери, удивленно наблюдали за происходящим. Рурк зло усмехнулся и предложил:
— Если хочешь, я могу увезти ее отсюда. Тебе останется только стереть помаду с физиономии и убедить этого парня, что провел вечер за хорошей книжкой.
— Спасибо большое! — язвительно ответил Шейн. — Пусть лучше меня не будет, когда он сюда примчится.
Он протиснулся к двери мимо Джентри и Рурка и подтолкнул Шейлу к лифту, громко ей выговаривая:
— Черт возьми, ведь ты же говорила, что он всю ночь будет занят!
Хотя Шейла ничего не поняла из его слов, она инстинктивно почувствовала, что должна подыграть Шейну — во всяком случае, выглядела она испуганной и совершенно сбитой с толку.
— Но, Майк, дорогой, — растерянно пролепетала она, — я даже не представляю, как он мог узнать, что я здесь! Ничего не понимаю. Но если это правда, то умоляю, пойдем скорее отсюда.
Подошел лифт, и все четверо молча спустились вниз. Шейн первым выскочил из лифта, не выпуская руки Шейлы, пересек вестибюль и у самой двери бросил через плечо:
— Уилл, увидимся завтра у меня в конторе!
Его машина была припаркована у входа. Затолкав Шейлу на переднее сиденье, он сел за руль и отъехал от отеля еще до того, как в дверях показались Джентри и Рурк.
— Я был вынужден так поступить, — быстро сказал он, не давая Шейле обрушить на него поток вопросов. — Этот звонок касается одной женщины… это тоже как-то связано с Вандой Уэзерби. Мне надо было выбраться отсюда как можно скорее, да еще отделаться от Джентри. Первое, что мне пришло в голову, — так это чушь про ревнивого мужа.
Шейла облегченно вздохнула.
— У вас получилось очень убедительно. Можно подумать, что у вас большая практика. По-моему, никто из них даже не удивился.
— Простите, что мне пришлось представить вас как неверную жену, — пробормотал Шейн, сворачивая на Первую авеню.
— Не стоит извиняться, — легко, почти весело отозвалась она. — Всего несколько минут назад я сама не была уверена в обратном.
— А как же Генри? — напомнил Шейн.
— Да, конечно. И я люблю его. Наверное, я ужасная. Время от времени такое случается со всеми женщинами.
