– Николай, добрая душа, ну чем ты поможешь? – садясь на стол, горько махнул рукой Ильин. – В таких делах ни ты мне, ни я тебе… Может, только Бог, да и то в Судный день… Дело, над которым я работал несколько месяцев, лопнуло, словно мыльный пузырь, стоило его только зарегистрировать…
– А при чем регистрация?
– А при том, что, официально зарегистрировав материалы, я сразу дело и потерял, точнее, его у меня забрали. Начальник сказал, что этим займется более опытный сотрудник. И это не все: секретное дело он повез на доклад секретарю райкома. Можешь представить?.. Человек с образованием агронома будет советовать, как лучше проводить следствие, а вернее, как свести на нет все мои усилия. Полагаю, начальник с прокурором и будут теми «более опытными сыщиками», которые по указке агронома превратят все в наговор или, в крайнем случае, уличат в недобросовестности рядового стрелочника. Им неизвестен человек, от которого я получил информацию о преступлении, поэтому меня в покое не оставят: нужно ведь найти информатора и наказать, чтобы остальным неповадно было… Но хватит обо мне, по количеству окурков вижу, что и у тебя не все гладко. Что, неприятности с таксистом?
– Его фамилия Жук, Петр Иванович Жук. Вот, прочитай заявление и сразу поймешь, что к чему.
Журавлевич отошел к окну и молча ждал реакции Ильина.
– Похоже, что мы сели на ежика, – наконец подал голос капитан.
– И это еще не все. Жук несколько дней в сознании, но об этом лечащий врач запретил сообщать нам. Потерпевший пока прикован к постели, но общее состояние неплохое. Жук что – то скрывает, заволновался, когда я спросил про шпильку и клок волос. Мне даже показалось, что этим вопросом я напугал его.
– Показалось или нет, а дело надо закрывать. Потерпевший утверждает, что был пьян и травмы получил при падении. Если учесть, что общественный порядок не был нарушен, мы имеем полное право вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления.
– Но это же вранье, очевидно, что преступление было совершено!
– Факты против твоих эмоций, – Ильин встал из – за стола, – и потом, забудь ты этого Жука, у тебя все впереди, дело таксиста считай разминкой.
– А Козельский?
– Так вот что беспокоит молодого коллегу! – рассмеялся Ильин. – Ты сыщик, и этим все сказано. Нам частенько приходится загонять свое «я» в самый дальний уголок души, иначе до истины не докопаешься. И потом, у Козельского за плечами опыт, он сразу увидел бесперспективность дела. Нет заявления от потерпевшего, а ты настаиваешь на том, что совершено преступление. Вот он и решил тебя немножко проучить, и как видишь, успешно. Мы можем утверждать, что совершено преступление лишь при наличии фактов, в иных случаях можно только предполагать и шаг за шагом собирать доказательства, которые уличат преступника. В деле Жука напрашиваются две версии. Первая – версия Козельского и самого потерпевшего, вторая – у Жука по факту получения телесных повреждений свои соображения, и он не хочет обращаться к нам с официальным заявлением.
– Не понимаю. Его хотели убить, только чудом выкарабкался… Зачем ему врать?
– Мне тоже хотелось бы это знать, – Ильин достал пачку сигарет, но она оказалась пустой. – Угости, Николай, сигаретой.
Журавлевич подошел к вешалке, сунул руку в карман плаща и достал целлофановый пакет, который всучила старуха из частного сектора.
– Совсем из головы выскочило, – хлопнул себя по лбу. – Когда мы с тобой разговаривали по телефону, какая – то старуха с Первомайского переулка сунула мне пакет с железякой. Кто – то разбил парник, она и заявление написала. Я мигом, отнесу дежурному, пусть зарегистрирует и передаст участковому.
– А что за железяка? – Ильин взял пакет из рук лейтенанта. – Ого, граммов на триста потянет!
Ильин развязал пакет и вытряхнул из него на стол трёхсотграммовую гирю. Сверху в ней было просверлено отверстие, нарезана резьба и болтом прикручена цепочка. С другой стороны к цепочке была пришита петля из толстой кожи. Капитан просунул в нее руку и несколько раз взмахнул гирей, рассекая воздух.
– По – твоему, для того чтобы разбить парник и напакостить соседке, нужно именно такое приспособление? – спросил Ильин.
– Хватило бы и кирпича.
– Правильно.
– Ты думаешь, это может быть связано с Жуком?
– Нужно проверить. По времени совпадает, и потом, что это за пятна?
Ильин достал из сейфа увеличительное стекло, включил настольную лампу и стал внимательно изучать гирю. Потом резко выпрямился, отодвинул лампу и набрал телефонный номер, прижав плечом трубку к уху. Он снова и снова присматривался к гире.
– Интуиция мне подсказывает, что тут не все ладно.
В это время на другом конце подняли трубку, и Ильин, радостно подмигнув Журавлевичу, проговорил:
