Мы отмечали мелом каждый поворот, и чертили планы. И исследуя коридор за коридором, обнаружили, что на нашем плане есть белое пятно. Коридоры огибали участок размером приблизительно двадцать на тридцать шагов. Мы вернулись, ища пропущенный проём, но обойдя это место по кругу, входа так и не нашли.
Отра тщательно простукивала стены и, убедившись, что за ней пустота, пришла в восторг.
— Может…? — второе слово я не поняла, но оно было похоже на «деньги». Сокровищница что ли? Её глаза сияли, а вид был до того безумный, что я сама заулыбалась, загоревшись азартом.
Мы прощупывали кладку, мы искали какие-либо пометки на камнях — безрезультатно. Потом, отойдя довольно далеко от этого места, нашли спуск ярусом ниже, и пошли в том же направлении где и заинтересовавшая нас глухая стена. И там тоже самое! Я уже изрядно замёрзла, щупая эти ледяные кирпичи, но было так интересно!
— Мне кажется, здесь, что-то есть, — позвала Отра.
Я подошла ближе, и посмотрела на странно расположенный кирпич, который девушка пыталась вдавить в стену. Встала рядом, повторяя тоже действие. Камень не поддавался. Но мы были упорными. Особенно Отра. Она сняла сапог и теперь била по камню подошвой. Я, понятное дело, руки под её каблук не совала и просто прыгала рядом, пытаясь согреться.
— Может, позвать Тимера? — спросила я на их языке.
— Убьёт, — вот это слово, спасибо Зэту, я хорошо знала. Вообще, снова же — спасибо Зэту, словарный запас у меня был весьма необычный. Я бы не смогла на рынке купить, например тех же «апельсин», ведь не знала нужных слов, зато скитаться по злачным местам, участвовать в сражениях и бороться с чудовищами, я могла сопровождая свои действия объяснениями на отборном прэйстэнском.
Отра снова надела сапог, и принялась толкать камень ладонями. Я пожала плечами, и встала рядом. Получше уперлась ногами и тоже надавила. А потом, под нами провалился пол.
Всё произошло так быстро, что я ничего не смогла понять. Не получилось сгруппироваться, и я упала, больно вывернув кисть и ударившись скулой и подбородком об острые камни. Рядом вскрикнула Отра. Огонь погас.
— Отра? — испуганно позвала я, и попыталась сесть.
— Лирэ? — всхлипнув, отозвалась она.
Я попробовала, подползти к ней, но не смогла. Ткань моего плаща и юбки были придавлены камнями. Ноги и колени страшно болели. Я старалась не думать, какие у меня травмы. Переломов, кажется, нет — уже хорошо. Я бесконечно долго на ощупь искала булыжники, которые меня не пускали и пыталась их двигать. Они были тяжелыми, едва ворочались. Я дергала плащ, пытаясь высвободиться, снимать его здесь нельзя, слишком холодно. Ткань трещала, иногда вырываясь из плена, иногда просто рвалась. В нескольких шагах от меня всхлипывала и одновременно ругалась Отра. Она тоже пыталась вырваться из-под завала.
— Ты не ранена? — спросила она.
— Ноги болят, но смогу идти, — о третий сын восьмого наследника, надеюсь, мне не придётся повторить все твои подвиги с травмами всех конечностей. — А ты?
— Попробую.
Мы всё же освободились и подползли друг к другу. Отра достала из сумки и зажгла свечу. Мы осмотрелись. Ноги и ладони были исцарапаны у обеих, но вот её правое колено и моя правая кисть выглядели совсем плохо.
— Мы очень далеко зашли. А нас не догадаются искать здесь… — обрадовала меня Отра.
— Что делать будем?
— Искать путь наверх.
Но нашли мы лишь путь вниз. Тонкая лестница, в которой не хватало ступеней, была единственным выходом из помещения, в которое мы упали. Здесь же была и лестница наверх, но только в ней ступеней практически не осталось и подняться было невозможно.
— Эй!! Нас кто-то слышит?!!! — прокричала я в потолок. На родном языке. Мы стояли, слушая стылую тишину.
— Бесполезно. Рискнём? — спросила Отра.
Я пошла первой. Всё же я легче, и не так хромаю.
Спускаться было тяжело и страшно. Ступени трещали. С них сыпался песок и пыль, с одной я соскочила, как только поставила ногу, потому что она сдвинулась и, кажется, могла в любой момент обрушиться.
— Осторожно! — воскликнула Отра.
Очень хотелось спросить: «Ты сможешь переступить эту ступень?», но построить подобное предложение я была не в силах. Потому, повернувшись к ней, принялась тыкать в ступеньку пальцем и резать ладонями воздух, что бы она поняла — здесь опасно. Потом протянула девушке руки, потому что с её травмой сделать шаг через несколько ступеней, очень сложно.
— Я поняла, — ответила Отра и взялась за мои кисти.
Надеясь распределить вес, я встала на две ступени одновременно, но когда Отра начала спускаться, держась за меня, камни подо мной заскрипели. Хуже всего было то, что я не знала как высоко здесь. Свеча, поставленная на проступь, освещала всего несколько ступеней в обе стороны. Пока Отра преодолевала этот шаг, я жалела о том, что мы сюда пришли, о том что не остались на месте, и вообще прощалась с жизнью.
Но Отра всё же спустилась, и сейчас мы застыли, дрожа от испуга и переживаний, на относительно устойчивых ступенях.