Вместе с братьями Русаковыми Сергей Урманов поднялся в ходовую рубку. Она тоже была пустой, без ветрового стекла, но по великому множеству креплений, приваренных на переборках, кабельных вводов и монтажных перекрытий Сергей представил, какой уймищей приборов и устройств будет начинена рубка.
- Кресло поставим шик-модерн, помесь самолетного с зубоврачебным! подмигнул Урманову Павел Русаков.
- В этом кресле все равно не мне сидеть, - ответил ему Сергей.
- Кто это тебе сказал, что крейсер твой будет флагманским кораблем? насмешливо прищурился Русаков-старший.
- Своим умом дошел, товарищ контр-адмирал. Каюту флагманскую такую спроектировали, какой и на старых линкорах не было.
- Видал мореплавателя, Павлуха? - насмешливо кивнул на Урманова Андрей Русаков. - Мечтает за чужой спиной укрыться в трудную минуту. Не выйдет, товарищ командир! В кресле том вам придется торчать круглые сутки, а флагман будет полеживать на боку в своих апартаментах...
- Вечером я посылаю за вами обоими свою машину, - вставил словечко Павел Русаков. - Шуренция моя пельмени заделала, сибирские тройные. Горючего не покупайте, держу запас в достатке. Все ясно?
- Обо мне можешь не беспокоиться, - шутливо напыжился Русаков-старший. - Директор персонально закрепил за мной "Волгу".
- Балуют вас, товарищ контр-адмирал, - с усмешкой глянул на брата Павел. - Не успели лампасы нашить - уже пешком ни шагу...
- Не забывайтесь, товарищ капитан третьего ранга запаса!
Сергей Урманов, пряча улыбку, слушал эту перепалку братьев. С младшим из них он еще на прутиках скакал, редкий день в детстве не встречались, да и старшего знал достаточно хорошо. Потому и было ему известно, как любят и держатся друг за друга Русаковы, живут по принципу: один за всех и все за одного.
- Добро, Павел, договорились. А пока мы с командиром полистаем технический формуляр...
Вечером Павел Русаков и в самом деле прислал за Урмановым машину, хотя от заводской гостиницы до квартиры было рукой подать. Зато Сергею польстило, что шофер приветствовал его по-флотски:
- Здравия желаю, товарищ капитан второго ранга!
- Приветствую. С флота недавно вернулся?
- Прошлой осенью, только душой до сих пор не остыл. По ночам часто лодку нашу вижу, корешков своих из команды...
- Значит, море в крови осталось. Кем демобилизовался?
- Старшиной первой статьи, первый класс имел, звание лучшего сигнальщика части...
- Чего же на сверхсрочную не остался?
- Свои соображения были... Да и не всем же мичманами становиться, должностей на флоте не хватит!
- А теперь небось жалеешь? - испытующе глянул на шофера Урманов.
- Может, и жалею, - улыбнулся тот.
- Слушай, как тебя зовут?.. - тронул его рукой за плечо Урманов. Так вот, Вася, скоро будут формировать команду на новый крейсер "Горделивый", ты о нем слышал, конечно. Костяк экипажа будет набран по комсомольскому призыву из ваших земляков. Пойдешь командиром отделения для начала? Подавай в военкомат заявление на восстановление в кадрах, я обещаю поддержать.
- С ходу такие дела не решаются, товарищ командир. Подумать надо хорошенько, со стариками посоветоваться...
- Вот и думай как следует, время еще есть. Надумаешь - не опаздывай. Неувязка какая выйдет - черкни мне несколько строк, адрес мой у Павла Ивановича возьмешь.
- Спасибо, товарищ командир, подумаю...
Павел вышел на звонок в прихожую, из-за его плеча выглядывала худенькая, похожая на девочку, жена.
- Ой, Сереженька, - нараспев, по-южному заговорила она. - Вымахал-то как! Не дотянешься и в щечку тебя чмокнуть!
- Я всегда такой был, Александра Осиповна, наоборот, уже книзу гнусь, - рассмеялся Урманов, склоняясь, чтобы поцеловать ей руку.
- Да брось ты меня навеличивать! Знакомы не первый день. А височки у тебя никак закуржавились?
- Командиры, мать, седеют рано, - сказал Павел, приглашая гостя в комнату. - Андрея в гостинице не видел?
- Точность - вежливость королей и адмиралов. Должен быть секунда в секунду.
И в самом деле Русаков-старший перешагнул порог с последним ударом настенных часов.
Когда уселись за стол, Павел спросил, открывая бар:
- Коньяк, водку?
- Водку, конечно, - откликнулся брат, - побережем печень.
- Уинстон Черчилль, говорят, кроме армянского коньяка, ничего не признавал.
- То Черчилль, у него печенка буржуйская была, а у нас пролетарская. Наливай, Павлуха, рабоче-крестьянской!
- Ну, други, за встречу, - сказал Павел. - Не так просто в наш атомный век собраться вместе. Спасибо "Горделивому" за сегодняшний вечер...
- Подождем хозяйку, - вставил словечко Урманов.
- Мать, где ты там?
- Иду, иду! - откликнулась с кухни хозяйка. - Пельмени запустила.
Вскоре она появилась в гостиной с миской дымящихся сибирских пельменей.
- Ты что, золовушка, решила нас накормить и выпроводить? подхватывая миску, сказал Русаков-старший. - Не выйдет, мы тебе сегодня спать не дадим.
- Вы сами меня усыпите казенными разговорами!
- Сергей Прокофьевич, уговор: о службе ни слова. Добро?
- Согласен, товарищ контр-адмирал.
- Здесь я тебе не адмирал, а просто товарищ!
- Хорошо, Андрей Иванович...
