Много ли нужно для счастья вчерашней выпускнице детского дома? Набор стандартный: хорошая работа, верная подруга и, конечно, любовь. Банально? Да. А если в один из таких банальных дней Лена – главная героиня – узнает, что однажды в детский дом приходила женщина и заявляла, что она – ее мать? Появилась и пропала.На пути героини встанут не только жизненные преграды, но и собственные страхи, которые сложнее всего преодолеть! Это не роман о любви. Даже нет. Не так. Это книга о НЕлюбви. К себе, к своим детям. Всех ко всем. И тех, кто умеет "включать солнце" – дарить тепло, надежду и просто слова поддержки. Ведь не секрет, что порой одно объятие стоит тысячи подарков. А ласковое слово способно творить чудеса. Интересно? Тогда давайте вместе окунемся в историю Лены.
Концерт по заявкам и без
– Давай, запускай уже!
– Я уже мозоли натерла!
– Фььююю!
Оглушительный ор и свист недовольства, ещё и эти наглые, пытающиеся пролезть вперёд малолетки. Реально, когда они уже откроют вторую дверь? Концерт скоро начнётся, а большая часть народа всё ещё на улице. Даже Анжелка, которая на каблуках и мусор выносит, – уже вытаскивала из туфлей то одну, то другую ногу и разминала пальцы, вопросительно поглядывая на подругу. Но Лена (хотя, чаще её называли Алёной) лишь пожимала плечами и постоянно строчила смски.
– Блин, Алён, – подруга готова была отмахиваться своим бархатным клатчем от наглевшей толпы, – если бы это был концерт не Бласта, я б тебя убила.
– Анжел, я не знаю, куда Макс пропал. Нас должны были пропустить уже минут двадцать как.
– Заметь, ты это уже говорила.
Из ДК послышалась музыка. Видимо, проверяют аппаратуру. Но в толпе кто-то крикнул «началось», и вот тут реально – началось!
Те, кто были сзади, чуть ли не по головам лезли, толкая тех, кто спереди. У охранников глаза становились шире, чем плечи. А плечи там ого-го.
Подруги только и успели, что вжаться в стену. И тут – о, чудо! – открыли второй вход. Часть толпы ринулась туда. Лена почувствовала, что кто-то схватил её за запястье. Попыталась стряхнуть, но руку ещё настойчивее сжали. Ну! Сам напросился! Она замахнулась…
– Чёрт, Макс! – Оператор из съёмочной команды, с которой она приехала на концерт очередной новоявленной звезды, уже тащил её к запасному выходу. Правда, он же был и входом. Девушка успела схватить подругу, и втроём они побежали к слегка приоткрытой двери, возле которой их ждал работник ДК.
– Анжелка, – отдышавшись, указал Макс на подругу, – ты в зал. Чтоб у нас проблем не было.
– Нууу, Максик, – загундела девушка, обувая свои двенадцатисантиметровые ходули. – Давай, я, типа, тоже журналист.
– Ага. Типа, как бы, того этого. Всё сказал. Чтоб проблем нам с тобой не было, как в прошлый раз.
Судя по угомонившейся Анжелке, в прошлый раз накосячила она знатно. Театрально сложив губы в обиде и полюбовавшись в огромном зеркале, своим отражением в вечернем платье, она зацокала каблуками в сторону зала.
– Макс, ты где шлялся? Не хочешь рассказать? – Лена посмотрела на замявшегося оператора в отражение зеркала. – Или нам, простым смертным, не понять? Бросив на коллегу едкий взгляд, она достала из сумочки помаду-карандаш и начала обводить контур губ.
– Тебе, кстати, идёт это платье. Анжелка шила?
– Кстати? – с иронией спросила Лена, посмотрев на него, опять же, через отражение. – Так, значит, все-таки, Cherchez la femme? Ох, Макс Вездемогущий.
– Мы будем мой моральный облик обсуждать или поработаем?
Накинув на плечо камеру и взяв треногу, он ещё раз оглянул коллегу. Непривычно было видеть её в вечернем наряде, ещё и с открытыми плечами. Хотя глаз радовался, что уж скрывать.
– А если серьёзно? Ты чего так вырядилась? Как на корпоратив, так ей надеть нечего, а для этого мажора, как ёлка новогодняя – вся переливаешься.
– Не ревнуй, милый, – девушка изобразила улыбку и наигранно захлопала ресницами. – Он не в моём вкусе.
С дружескими подколками, они направились в сторону гримёрных. Благо, в здании ДК они очень хорошо ориентировались.
На самом деле, как бы эти двое друга не подначивали, за этот неполный год, что Ленка работала на канале, они стали практически друзьями. Макс всего на три года старше, а по манерам так вообще – где-то в пубертатном периоде застрял.
Работа оператором на никому не известном микро-телеканале городского вещания не приносила много денег. Но девочки, услышав сочетание слов «телевидение» и «оператор», дальше особо в подробности не вдавались. Пока Макса это устраивало. Хотя, конечно, в планах было покорение московских телеканалов. Это как минимум.
Ленка же – напротив. Для детдомовской девчонки, студентки-заочницы, получить работу на любом канале – казалось чудом. Совсем недавно она приходила в редакцию проситься на практику, жутко боялась, что пошлют подальше. А теперь гордо носит бейдж представителя СМИ.
Ей нравилось в работе всё. И ездить в забытые богом деревушки, и под красноречивый мат прораба лезть на строительные леса, или застревать на машине в непролазной грязи. Адреналин зашкаливал, но с каждым разом хотелось все больше и больше. Как при просмотре фильма ужасов: страшно, но интересно.
