Среднего роста мужчина, с небольшой залысиной и отёклым лицом, одетый в серый шерстяной костюм и серый, но заметно темнее по цвету, галстук, занял кресло, где, только что, сидела Ключицкая. В левой руке пальцы удерживали допотопный бумажный ежедневник, а в правой не менее старую шариковую ручку. Шеф не разрешал подчинённым использовать любую технику в своём кабинете.
- Что-нибудь новенькое узнали от задержанного? - генерал говорил тихо-тихо, и посетитель сильно наклонился вперед, боясь не расслышать важного.
- Принципиально нового ничего, - полковник, наоборот, говорил отчётливо и громко, - Объект, по прежнему, уверен, что он Кирилл Трофименко, с возрастом почти на двадцать лет моложе его реального…
- Полковник, не повторяйтесь, - голос генерала прозвучал неожиданно громко, показывая недовольство.
Посетитель замер, боясь двигаться, чтобы, случайно, не рассердить начальство сильнее.
Директор ФСБ сделал паузу, посчитав в уме до пяти и продолжил.
- Этот Змей, он понимает, как Трофименко подменил ему сознание в игре?
- Пока не ясно.
- А что там за Храм и коды?
- Он тоже не знает. Говорит, что видит на стенах в Храме рисунки, и понимает, что за код нужно ввести. Но при экспериментах ничего ввести не может. По всей видимости, соответствующие нейронные связи ещё не сложились. Но мы работаем, объект постоянно сидит в вирт капсуле. Но наши аналитики опасаются, что знать что-то и уметь это использовать мозгом - существенная разница. Нужен тот, кто точно умеет такое делать, чтобы увидеть там эти коды.
- Понятно, полковник. Тогда для вас хорошие новости. Зарубежные врачи скоро вылечат оригинал, и мы сможем побеседовать с реальным Трофименко. Так что секреты внедрения эталона сознания для загрузки гражданам скоро станут доступны не только военным, но и нам.
Полковник изобразил лицом не большую радость.
- Что там по заданию Президента? – шеф не сильно верил в искренность чувств подчинённого.
- Первых троих детей в Европе подобрали, и готовим документы для усыновления нашими агентами.
- Продолжайте работать, прикиньте расходы, сформируйте заявки в бюджет. Задачу Президента выполнить, во чтобы то не стало, - директор ФСБ посмотрел на полковника, и тот одобрительно крякнул.
- Эээ, как тебя по отчеству? - шеф остался доволен реакцией и решил чуть сблизить дистанцию.
- Валентин Захарович, - услужливо подсказал сотрудник.
- Валентин Захарович, нам надо подготовить тайное перемещение Кирилла Трофименко из европейского госпиталя, после операции. И сделайте так, чтобы он был готов сотрудничать. Очень и очень охотно готов.
- Есть, - полковник услужливо открыл ежедневник и записал указание шефа, - По его жене, можем прихватить, для убеждения.
- Проработайте с вариантами, только так, чтобы не помешать военным, - согласовал начальник предложение.
- Так точно! - полковника пробил озноб.
Он вытянулся, вскочив со стула на ноги, думая, что, наконец-то, свободен и сможет покинуть кабинет.
Но мощный старик, лишь движением указательного и среднего пальцев вернул потеющего от страха служаку в кресло, поморщившись от звука слишком громкого голоса.
Сам он не очень верил в идею, вырастить детей, лично преданных кому-то из сговорчивых радикально правых политиков, и массово внедрить эталон их сознания в Вирт.
Потом привести нужного человека к власти, через выборы от игрозависимых граждан, и обрушить экономику, сделав соседние страны более сговорчивыми во внешней политике.
Старик здраво рассуждал, что для такой операции потребуется ещё лет пятнадцать, а за это время в жизни, тем более в политической обстановке, многое может измениться.
Но кто он такой, чтобы перечить Папе, видящего себя властителем Мира?
Зато поработать с внутренним рынком, создать нужный эталон для укрепления сознательности наших граждан, вот тут-то, как раз, вотчина его конторы. И понимание, что здесь, при сложившихся обстоятельствах, можно обойтись без посторонней помощи военных и полиции, придавало старику сил.
- И, Валентин Захарович, подберите с десяток тайных агентов-информаторов, работающих добровольно. Не очень умных, но поисполнительнее, таких, что, прям, регулярно о предателях докладывают и, никак и нигде, особо, не светятся. Кто, так сказать, по зову сердца любит, когда порядок в стране.
- Есть такие.
- Пришлите личные дела, сегодня, раз есть.
- Слушаюсь, - полковник снова сделал запись допотопной шариковой ручкой.
***
Алгоритм работы секретного записывающего жучка был особенно хорош тем, что он пропускал все несущественные моменты, когда ничего не происходило.
Но, одновременно, из-за этого, почти всё записанное, часто было важным.
Но то, что услышал майор в наушниках, заставило его подпрыгнуть и схватиться за грудь удерживая сердце, готовое выскочить наружу.
- Папа просил подготовить вас к встрече.
- Когда?
- Через час. Машина уже внизу. Одевайтесь, вот чистая форма.
- Слушаюсь, - Петров понял, что у Лебедева встреча с начальником федеральной охраны, - и, обомлев, быстро открыл меню программатора, просматривая объемы собранных данных и время сеансов связи.
