- Я тоже сначала не поняла, вернее, не сообразила. А потом вспомнила. Понимаете, когда Дмитрий Федорович исчез, тут как-то все сразу нарушилось. В смысле весь порядок. Анжелика Иосифовна о делах совершенно не могла думать, так волновалась, и еще Дмитрий Федорович на несколько встреч не попал, и все звонили, и мне всем приходилось что-то выдумывать, потому что вначале Анжелика Иосифовна не хотела никому ничего говорить, чтобы это на бизнесе не отразилось. А потом то милиция приходила, то…
- Танечка! - Денис больше не мог этого выносить.
- Ну я же рассказываю, - обиделась она, - чего вы перебиваете?
- Вы можете просто сказать: куда? Куда ехал Ненашев?
- Могу. В мотель.
- В какой?
- Не помню.
Здрасте, Настя! Денис ее чуть не удушил.
- Как - не помню?!
- Седьмого, перед праздником, мы тут отмечали, ну шампанское и все такое, и тогда Дмитрий Федорович мне это все сказал, но я была слегка выпивши, и он взял и написал мне эту записку, потому что сам тоже выпил. Десятого я эту записку ему просто прочитала, потому что не помнила, где именно он должен проверить ремонт, помнила только, что в одном из наших мотелей. Но он все понял, поблагодарил, сказал, что обязательно съездит, и как раз пропал. Но я же ни десятого, ни одиннадцатого еще не знала, что он пропал, замоталась и про все это забыла.
- Хорошо. - Денису даже жаль стало Танечку, такая она была несчастная оттого, что такая глупая. - Мы можем выяснить, в каком из ваших мотелей тогда что-то ремонтировали?
- Да, я уже думала об этом. Но ведь весна, а у нас каждую весну во всех мотелях хоть маленький, но ремонт. В этом году только "Лесной" не трогали. Я вам тут список составила, а если хотите, я могу прямо сейчас везде позвонить и поспрашивать.
- Не надо звонить, - решил Денис. - Я лучше проедусь и посмотрю сам.
- Но я же вам помогла хоть капельку?
- Конечно, помогли. Счастливой вам актерской карьеры.
Роберт Ненашев. 9 апреля
Встретиться с Денисом не получилось. Весь день его не было на месте, а на вечер у Роберта были свои планы.
Все оказалось здорово. Мягкий свет, легкая музыка, хорошее вино и изысканная еда, но все-таки Роберт не научился еще, как супермен, восстанавливать силы рюмкой кларета и парой эклеров. От весьма скромной порции спиртного его начало клонить в сон, и, надеясь, что свежий воздух вернет его к жизни, он расплатился и, оставив на произвол судьбы великолепного фаршированного цыпленка, потащил Наташу на улицу.
Только что стемнело. Было довольно свежо, но именно в такую погоду и стоит гулять, если хочешь как следует проветрить мозги. Они шли по Большой Садовой, оставив машину на стоянке у ресторана.
Вдруг кто-то из прохожих истошно заорал:
- Берегись!
Они обернулись одновременно. Двенадцатитонный КамАЗ мягко и почти бесшумно катился под горку с выключенным двигателем. И только когда расстояние между ними сократилось до десяти метров, водитель, врубив дальний свет, нажал на газ.
- Смотри, это она! - Наташа удивилась больше, чем испугалась.
В кабине рядом с водителем Роберт разглядел белокурую фурию, непотопляемую раковскую киллершу Соню. Права все же народная мудрость - дерьмо не тонет.
На мгновение они, ослепленные фарами, как вкопанные замерли посреди дороги, а потом схватились за руки и каждый отчаянно потянул в свою сторону. Роберту не сразу удалось перетянуть девушку, ибо ее силы от сменившего наконец удивление испуга возросли как минимум втрое.
Чудовищным рывком он все-таки оторвал Наташу от земли, и они впечатались в стену. Наташа при этом угодила Роберту локтем прямо в солнечное сплетение, и он замер, багровея от боли, чудом сдерживаясь от того, чтобы не согнуться пополам. КамАЗ, бесцеремонно въехав на тротуар, пронесся в двадцати сантиметрах от них, и только опасность врезаться в фонарный столб не позволила Соне с напарником размазать их тонким слоем.
Все- таки к таким вещам невозможно привыкнуть, думал Роберт. Казалось бы, чего с ними только ни происходило за последние дни, и опять в критической ситуации самый обычный обывательский ступор. Стоишь, как в столбняке, и не можешь пошевелиться.
Он с трудом восстановил дыхание и огляделся. КамАЗ исчез, а их окружили многочисленные прохожие. "Добрые самаритяне" наперебой предлагали свою помощь и сочувствие. Номера инициаторов дорожно-транспортного происшествия, разумеется, никто не разглядел, а костюм Роберта, такой элегантный в начале вечера, был весь испачкан известкой.
Убедив всех присутствующих, что они целы и невредимы и даже рука Наташи, чуть было не вывихнутая, совсем даже не болит, они вернулись к машине.
- По-моему, настала пора с ним разобраться, и эта разборка для кого-нибудь плохо кончится. Очень хочется верить, что не для нас.
Роберт Ненашев. 10 апреля
