Попасть на чердак можно было только по узкой лесенке, пройдя через крыло для слуг, и, глядя на слой пыли на ступеньках, Мирабелла решила, что уже давненько туда ничего не приносили и оттуда ничего не уносили. Мистер Каннингем до сих пор лежал в постели, страдая от лихорадки, поэтому Вит решил обыскать чердак, как только все уйдут.
Они вскарабкались по грязной лестнице и толкнули дверь.
Они нашли там именно то, что обычно хранят на чердаке: сундуки, корзины, коробки, мешки, мебель и прочее. Вещи были собраны в кучи, сложены в стопки или попросту разбросаны на полу, отчего комната отдаленно напоминала лабиринт — пыльный, окутанный паутиной лабиринт.
— Весело, ничего не скажешь, — криво усмехнулась Мирабелла.
— Убьем на это не один час.
— Мы не успеем все осмотреть. Гости скоро вернутся. Заядлыми охотниками их точно не назовешь.
— Начни с тех корзин и сундуков, — сказал Вит и отошел в другую сторону. — Обращай внимание на все, где есть замок.
Она пожала плечами и наугад открыла сундук. Крышка проскрипела и выпустила облако пыли. Мирабелла разразилась приступом кашля. Когда она наконец перестала чихать, Вит подошел и подал платок.
— Вот, возьми. Лучше?
— Чем что? — засмеялась она, взяла платок и вытерла слезящиеся глаза. — Спасибо.
Он покачал головой, когда Мирабелла протянула платок обратно.
— Оставь себе. Прикрывай нос и рот, когда станешь открывать сундуки.
— А ты?
— Обойдусь, — сказал Вит и вернулся к своей корзине, прежде чем Мирабелла успела возразить.
Следующие два часа они молча работали, переходя от сундука к сундуку, от корзины к корзине. Разбирая очередной ворох истлевшей мужской одежды, Мирабелла наткнулась на большую банку с крышкой, завернутую в бриджи.
— Странно, — пробормотала она. Но не так странно, как сложенный листок бумаги внутри.
Мирабелла открыла крышку и попробовала вытащить его, но он прилип к донышку, а банка была настолько глубокой, что Мирабелла едва дотягивалась до находки кончиками пальцев. Она проворачивала запястье, пока рука с громким «чпок» не вошла внутрь.
Мирабелла пальцами взялась за край и медленно отделила бумажку от донышка. Она чудом не порвалась.
Мирабелла попыталась вытащить руку… но ничего не вышло. Рассердившись, она обхватила склянку свободной рукой и потянула. Ничего.
Она потянула сильнее, повертела запястьем, пошевелила пальцами. Она дергала, тянула, хваталась за горлышко банки и снова тянула. Ничего.
Мирабелла в недоумении уставилась на руку. Раз она ее туда засунула, значит, рука должна выйти. Какого дьявола она не выходит? Мирабелла еще раз попыталась, проворачивая запястье то так, то этак, но в конце концов смирилась с поражением. Видно, у нее не получится выбраться из этой глупой ситуации без посторонней помощи. Мирабелла глубоко вздохнула, чтобы голос не выдал волнения.
— Э… Вит? — «Ну вот, довольно непринужденно, да?» Она засомневалась, но затем решила, что он ничего не заметил.
— Что у тебя? — отрешенно спросил Вит, продолжая рыться в корзине.
— Я тут подумала… — «О боже, как же сказать?» Она облизнула пересохшие губы. — Я тут подумала…
Нерешительность в ее голосе насторожила его. Вит оторвался от корзины и взглянул на нее.
— Нашла что-то?
— Не совсем, — уклончиво ответила она.
Вит поднялся с корточек, вытер пыльные руки о такое же пальто.
— То есть — не совсем? Что ты прячешь, чертовка?
— Ничего я не прячу, — машинально сказала она. — Что ж, прячу, если честно, но это не касается моего дяди, или фальшивых денег, или…
— Мне все равно. Просто покажи, что это. «Проклятье!».
— Ладно. — Мирабелла еще раз сделала глубокий вдох, не для того чтобы успокоиться, а чтобы потянуть время. — Я собиралась… то есть я пыталась достать кое-что, понимаешь, а кое-что другое застряло… я даже не поняла.
— Не юли, чертовка.
Несчастная Мирабелла покорно вытянула руку перед собой. Ей очень хотелось виновато повесить голову, но гордость не позволяла опустить подбородок. Он разве что невольно скользнул в сторону, вместе с глазами, чтобы избежать зрительного контакта.
Вит ничего не сказал. Только моргнул, завел руки за спину и провел языком по зубам.
— Понятно, — произнес он наконец.
— Не могу снять, — невнятно сказала она, не в силах посмотреть ему в глаза.
— Да, именно поэтому банка до сих пор на твоей руке.
— Не могу же я так расхаживать по дому.
— Конечно, нет.
Мирабеллу стало раздражать его спокойствие. Она опустила руку и тяжело вздохнула.
— Ты будешь надо мной смеяться или нет?
— Конечно, буду.
— Ну так смейся уже, будь добр, чтобы мы смогли разобраться с… — Она указала на банку.
— Подожди. Хочу хорошенько запомнить этот момент. Но мне трудно сосредоточиться: чердак… и мы тут вдвоем…
— Вит, просто сходи за водой и мылом, хорошо?
— Ладно, — улыбнулся он. — Жди здесь.
— А куда я пойду? — сказала она, когда Вит ушел.
