– Я был поражен тем, что все трое согласились поговорить со мной, – признался Барнаби.
– А что им еще оставалось делать? – промолвила Алатея, беря пирожное с большого блюда. – Их клиентами являются местные жители, и если эти поверенные восстановят против себя Кинстеров и Моруэлланов, им несдобровать, их практике в наших краях придет конец. Я всегда самым бессовестным образом пользовалась титулом своего брата. – Алатея усмехнувшись, взглянула на Чарли: – Ты мне помогал, даже когда тебя не было рядом.
Габриэль и Чарли снова переглянулись.
– Поверенные, как и предсказывал Чарли, – продолжал Барнаби, – заявили, что действовали по поручению компаний, занимающихся сделками, с недвижимостью. Причем все они находятся в Лондоне.
– Я видел их адреса, – вступил в разговор Габриэль, – они выглядят подозрительно. Это скорее всего, фиктивные компании.
Чарли тяжело вздохнул:
– Значит, ниточка снова оборвалась.
Барнаби самодовольно улыбнулся:
– Не спешите с выводами. Хотите верьте, хотите, нет, но преступник, оказывается, пользуется услугами агента. И этот агент – реальный человек из плоти и крови. Вот его описание. Это-мужчина среднего роста, с каштановыми, редеющими на затылке волосами, круглым лицом, правильными чертами лица, невзрачный, незаметный. Он опрятно одет, носит деловые костюмы, как все его коллеги, ему за тридцать, он деликатен и предупредителен, но не принадлежит к дворянскому сословию. – Барнаби сделал паузу, наслаждаясь своим! маленьким триумфом. – Все трое поверенных одинаково описывают его. Этот человек представляется уполномоченным агентом компании по продаже земли. Обратившись к поверенному, этот агент обсуждает с ним детали сделки, и если поверенный соглашается вести переговоры, платит ему предварительный гонорар. Когда переговоры заканчивались ничем, поверенные возвращались в Тонтон, намереваясь связаться с компанией по указанному в документах адресу и сообщить о сорвавшейся сделке. Однако каждый раз в Тонтоне их уже встречал тот же самый агент, и они передавали ему известие о неудаче.
– Интересная деталь, – сказал Габриэль, которого Барнаби уже ввел в курс дела. – Ни один из троих поверенных не ожидал, что после сообщения о неудачных переговорах получит вторую часть гонорара. Однако агент сполна рассчитывался с ними. Это говорит о том, что мы имеем дело не с обычным мошенником. Он не стремится урвать все, что можно, а упорно идет к своей цели, соблюдая по возможности законы.
Чарли кивнул.
– Да, нам будет сложно поймать его, – задумчиво промолвил он. – У нас, по существу, нет ни одной настоящей зацепки, чтобы выйти на его след.
– Зато у нас есть приманка, – возразил Барнаби. – Это Квилли-Фарм. Преступник будет изо всех сил стараться завладеть этим участком земли.
Чарли, Сара и Барнаби проводили Габриэля и Алатею до экипажа и помахали им вслед. Затем Барнаби, извинившись перед хозяевами усадьбы, заявил, что очень устал после двухдневных разъездов по округе верхом и хочет отдохнуть. Лакей проводил, его в отведенные ему покои, а супруги вернулись в большую гостиную, где их ждал декан Феррис.
– К сожалению, мне пора, – сказал посланник епископа, – я должен продолжить свою инспекционную поездку.
В вестибюле декан ободряюще похлопал Сару по руке:
– Я спокоен, за вас и приют, которым вы руководите, дорогая моя, – промолвил он. – Вас окружают надежные люди, некоторых всегда можно положиться в трудную минуту. Я сообщу епископу об истинном положении дел. Мы будем молиться за вас. – Он повернулся к Чарли: – Вы должны найти и остановить этого мерзавца, лорд Мередит.
Чарли кивнул.
– Мы сделаем для этого все возможное, – пообещал он.
Скрип колес возвестил о том, что карета с епископским гербом подана во двор. Сара и Чарли вышли вслед за деканом Феррисом на крыльцо. Посланник епископа сел в экипаж, и лошади тронулись.
На подъездной дорожке карета едва не столкнулась с всадником, спешащим к усадебному дому. Заметив герб на дверце, всадник почтительно посторонился и, попридержав лошадь, поклонился. Карета промчалась мимо него, и он возобновил свой путь.
– Это Синклер, – сказала Сара, узнав спешащего к ним гостя.
Чарли недовольно поморщился.
– Я не сомневаюсь, что он порядочный человек, но чем меньше людей знает о наших планах, тем лучше. Надеюсь, вы сумеете сыграть роль попечительницы, озабоченной положением дел в приюте? Скажите ему, что декан учинил разбирательство в приюте и пригрозил закрыть его.
Сара тяжело вздохнула:
– Я смертельно устала, Чарли, и у меня нет никакого желания разговаривать с Синклером. Я, пожалуй, поздороваюсь с ним и удалюсь к себе.
Чарли с тревогой посмотрел на жену.
– Ну хорошо, дорогая, тогда я сам устрою небольшое представление. Притворюсь раздраженным и сердитым, а когда вы уйдете, расскажу гостю о визите декана в приют. Сделаем вид, что мы поверили обвинениям, содержащимся в письме. Я скажу, что вы собираетесь продать Квилли-Фарм. Синклер разнесет эту весть по округе, и она дойдет до преступника. Честно говоря, мне неприятно использовать вслепую и обманывать Малькольма. Но ничего не поделаешь.