— Я сама на это пошла, Веренир. И сделала бы снова все точно так же, — голос ее звучал твердо и настолько не сочетался с ее заплаканным лицом, что у него на руках волосы поднялись дыбом.
— Исха… — он вздохнул, не зная, что сказать.
— Я люблю тебя. Больше жизни люблю, — продолжила она, и от этого его сердце как рыба об лед забилось о ребра.
Она впервые произнесла это. Впервые сказала вслух. Впервые осмелилась. И, несмотря на все, что сейчас с ними происходило, это подняло в нем огненную лавину, которая захлестнула с головой. Маг, не контролируя себя, заключил ее лицо в обе ладони и с непреодолимой жаждой приник к ее губам. Исха исступленно застонала, этот глубокий горловой звук в момент переменил его настроение, и он повалил ее на ковер, продолжая пить ее губы.
— Я люблю тебя, люблю тебя, люблю!.. — шептал он прямо ей в рот, а ладони сами поползли вниз, сминая мягкую кожу через тонкую ткань рубахи.
Кто-то еле слышно поскребся в дверь. Как будто кошка. Только в покои к деснице кошки никогда не ходили. Исха под ним чуть вздрогнула, он отстранился от нее. Они оба замерли прислушиваясь. Звук повторился.
— Исха, — с той стороны раздался приглушенный голос Бо.
Ведьма подхватилась, ища глазами халат, в котором пришла вечером к Верениру после того как уложила малыша спать.
— Исха-а-а! — канючил мальчик. — Открой!
Он тоже плохо спал с тех пор, как ведьма оставила его в деревне.
Она все же нашла халат. Веренир в это время быстро натягивал просторные штаны из легкой ткани, которые он носил в своих покоях. Исха запахнулась и, хорошенько подвязав пояс, пошла открывать.
Ее взору предстал растерянный дружинник. Очевидно, он не знал, что делать с мальчонкой.
— Прошу прощения, госпожа Исха, я говорил ему, что вас с господином десницей нельзя беспокоить… — испуганно посмотрел он на нее.
После того, что они вместе с Верениром сделали с врагами княжества, она замечала на себе такие же взгляды, как раньше ловила только на маге. Люди боялись их обоих. Боялись того, что они могут сотворить.
— Все хорошо, — улыбнулась она стражнику и вздохнула, глядя на маленького нарушителя спокойствия. — Бо, как ты узнал, где я?
— Я… — малыш опустил взгляд, теребя легкую рубашку, в которой он спал, тонкими пальчиками. — Просто знал.
Ведьма снова вздохнула. Его дар стал проявлять себя чаще и чаще.
— Пойдем, уложу тебя спать, — она взяла его теплую ладошку в свою.
— А ты поспишь со мной? — Бо умоляюще уставился на нее, ожидая ее ответ.
Тело после прикосновений десницы пульсировало. Ей так хотелось быть рядом с ним сейчас! Но она смотрела на малыша и понимала, что его нужда важнее.
— Конечно, мой хороший, конечно, пойдем.
Она хотела прикрыть дверь, но изнутри донесся голос:
— Исха, идите сюда.
— Ты уверен? — она заглянула обратно в покои.
— Конечно, — улыбнулся ей Веренир.
Она еще ни разу не приводила Бо в комнату к некроманту, тот только несколько дней как стал подниматься с постели. Он тяжело восстанавливался, потому что, кроме раны от стрелы, был очень сильно ослаблен магией. Парадокс. Он пропустил через себя столько силы, что сам едва это вынес.
Бо ступал, затравленным зверьком жавшись к ее бедру.
— Не бойся, Бо, иди сюда, — улыбнулся ему Веренир, и от этой улыбки на душе ведьмы чуть посветлело. Десница похлопал по кровати, на которой сейчас сидел сам.
Она боялась того, что Веренир не поймет ее, боялась, что он не примет мальчика, что будет ревновать к нему. У нее было столько страхов из-за их встречи, но Веренир отреагировал на его появление в замке совершенно спокойно. Они уже успели познакомиться в день его приезда несколько седмиц назад, но больше не виделись.
Исха разрывалась между двумя важными в ее жизни мужчинами: маленьким и большим — пытаясь уделять время и тому, и другому.
Бо покосился на Веренира, но все же подошел к нему и вскарабкался на высокую кровать, сев недалеко от него.
— Тебе привиделся плохой сон? — ласково погладила она мальчика по белокурым волосам, которые подстриг княжеский брадобрей.
Он покачал головой.
— Нет, не плохой. Но я видел, что он скоро придет, — ответил Бо.
— Кто придет, солнышко? — погладила его по спине ведьма.
— Человек, который привез меня.
— Куда? — Исха все больше напрягалась.
— В твой дом. Он спрятал меня там, чтобы меня не нашли плохие люди.
Сердце женщины кувыркнулось и забилось быстро и неровно. Она испуганно посмотрела на Веренира.
Он, глядя на нее поверх светлой головы ребенка, чуть пожал плечами. Бо никогда раньше не говорил ей о каких-то «плохих людях», да и того человека, который заботился о нем, пока не пропал, они больше не обсуждали. Мальчик был не слишком разговорчив.
— Бо, это просто сон, никто не придет.
— Придет, я знаю, — малыш вдруг улыбнулся. — Ты ушла, а я грустил.
— Ты злился на меня? — у Исхи сжималось что-то в середине груди, когда она думала о том, что пришлось оставить мальчика почти у чужих людей. Но она не могла взять его с собой на войну! Не могла!
Ребенок серьезно кивнул. Ведьма вздохнула, удивляясь, почему он так свободно говорит в присутствии малознакомого ему Веренира. С другими он вел себя совершенно закрыто.
