Мы отодвинулись от них и оказались рядом с Эвой. Уж не снится ли мне это? Высокий не обращает на нее внимания! Ставлю ему 100 очков! Эва приклеилась к какому-то крепкому блондину в рубашке с эмблемой «Эппл». Мы с ней перемигиваемся — отличные барашки попались нам в этом году. Мы обе ждем «Польшу». Вот она! «Рассветные зори, рассветные зори, шагаю я в Сопоте берегом моря, по грязному пляжу, где пахнет мазутом». И когда мы вместе с Казиком поем припев: «Польша! Живу я в Польше, живу я в Польше, я здесь живу, я здесь живу!» — то забываем об алчности политиков, очередной хромающей реформе, о четырнадцатипроцентной безработице и отсутствии перспектив. Мы горды, что живем именно здесь, в этой бедной, униженной, загаженной маленькой стране, зажатой между Германией и огромной Россией, верней, тем, что от нее осталось.
— Не сейчас, когда будет «Селина», хорошо?
Он кивнул.
А вот и «Селина». Высокий танцует, а с ним вместе над пульсирующей толпой танцую и я. «Колышутся руки. Два странных цветка, нагая Селина в балете…» Звучат саксофоны, я кручу курткой. Она опять снялась у меня вместе с блузкой. Однако после четырех кружек пива не так-то просто попасть на нужные пуговицы, но спокуха — это не атомная электростанция. Кружат звезды. Над сценой мигают огоньки. Синие и зеленые. Желтые. Что такое счастье? Песня Казика. Море молодых голов. Терпкий майский воздух. Крутить курткой над вспотевшей толпой.
Но уже конец. Высокий весь взмок от усталости. Я тоже, но хорошо, что хоть не чувствую холода. А холодно, потому что пар от всех идет, как от чайников. И еще я пока не чувствую боли в ногах от скакания в течение двух часов. Вот завтра будут трудности с ходьбой. Но это только завтра.
И после ювеналий.
— Встала я утром с кровати — и сразу бух на спину, — сообщила нам Иола. — Видать, старею. Еще год назад я могла прыгать полночи.
— Я тоже с ювеналиями кончаю. Это не для моей печени, — простонала Эва.
— И не для моей кожи, — проскрипела я хриплым басом. После вчерашнего пения голос у меня стал на октаву ниже. — Я столько денег потратила перед праздником на косметичку. Вы посмотрите на мой лоб.
— Как будто ты не смыла маску из клубники, — оценила Иола.
— Огромное спасибо. Ты умеешь утешить.
— А мне ты и такой нравишься. Особенно слева в профиль. В точности Уиллис.
— Ничего не понимаю, — прохрипела Иола. — Какой еще Уиллис?
— Просто у нас свой шифр.
— Лучше расскажи, как ты до дому добралась, — поинтересовалась Иола.
— Я думала, вы меня отбуксировали. Нет?
Эва помотала головой.
— Ты скрылась от нас перед выходом.
— Тогда не знаю. Для меня это тайна.
Некоторое время мы сидели, слушая шум дождя.
— Кажется, у меня потихоньку проходит, — сообщила Иола.
— А у меня в голове по-прежнему рассыпанные пазлы, — прохрипела Эва.
— К утру уложатся, — утешила я ее.
— Да уж хорошо бы. Меня ждет важное свидание.
— С барашком? — заинтересовалась Иола. — Кстати, интересно, как наши носильщики.
— Наверно, лечат ожоги на шее и натертые плечи. По крайней мере, мой. Выдержал пять песен. А держать было что — я прибавила три килограмма, — похлопала я себя по бедрам.
— Все равно ты весишь меньше Эвиты.
— Но у Эвы всюду мяконько. А я как зонтик с торчащими спицами. Острые бедра, острые локти и лишь местами целлюлит…
— Длинный выглядел очень даже довольным. Ты оставила ему координаты?
— Нет, я растворилась в толпе. Зачем портить прекрасные воспоминания? Ну, встретились бы мы при ярком солнце — и все развеялось бы. А так я всегда буду помнить ювеналии, проведенные с Прекрасным Незнакомцем.
— Можешь не объяснять, — прервала меня Иола. — Ты просто бежишь от действительности. Стоит появиться хорошему парню, как ты тут
— А даже если так?
— Тогда потом не жалуйся, что ты одна. Эва, у тебя тоже застой? Директор предпринимает какие-то шаги?
— М-м-м… Завтра в одиннадцать ноль-ноль я должна быть у него в кабинете. Потому я так старательно работаю над укладыванием пазлов.
— Ты должна прийти в чулках или без?
— Без, но зато в цепях и с хлыстом, — разозлилась Эва. — Тебе так нравится говорить гадости?
— Но я же просто пошутила, — обиженным голосом ответила Иола. — Хотела расшевелить тебя, прежде чем за это возьмется директор.
— Иола! — заорала я.
— Господи, Малина. — Эва схватилась за голову. — У меня чуть барабанные перепонки не лопнули. Ну нигде покоя не найти. Пожалуй, пойду-ка я домой. У кого-нибудь есть желание оттащить меня на себе?
— Мы ведь тоже с похмелья, но я могу всех прокатить на такси. Виктор устроил мне работу на каникулы.
— Везушница. А я еще даже не начала искать.
— Можно подумать, что я рассчитываю только на везение, — прохрипела Иола. — Просто я выбираю полезных людей.
— Благодарим за признание, — бросила Эва.
— Я имела в виду Виктора и его знакомых, — объяснила Иола. — Ну, а что до вас, то дружба с двумя стрекозами еще никому вреда не причинила.
29.05. Сессия на носу, так что надо расслабиться. Кислородом подышать. Вот только где?
— Пошли со мной по магазинам, — предложила Иола. — Поможете мне выбрать платье.
