5.08. Валяюсь вместе с шимпанзе в захламленной холодной квартире. Скучища. Все куда-то пропали. Ну, Эва известно куда. А вот куда Иола, неизвестно. Просто исчезла. Лешек поехал искать половинки (так я его и не спросила про третий вид). Анка рисует драконов и космитов. Рафал… А что мне теперь Рафал?
Нет, надо двигаться. Куда-то выйти. Что-нибудь сделать. Может, чайку?
Уже заварился. А что сейчас? Может, телевизор включить?
Это невыносимо. Как вообще можно было снимать такой глупый сериал?
6.08. Не глупый, идиотский. Я переключилась на другой канал. Загорелая блондинка с калифорнийским бюстом рассказывает о встрече с акулой: «Я плыла, когда увидела серый плавник. Это была акула. Плавник становился все больше, и я подумала: она приближается. Это испытание научило меня уважению к морским глубинам». Не могу! Что за нагромождение нелепиц! Нет уж, лучше смотреть «Красивых и дерзких».
9.08. Просмотрела очередные три серии. Кто писал этот сценарий? Мужик крутит со своей бывшей девушкой, которая по пути заарканила его родного папочку и родила от него ребенка. Вдобавок эта девушка является дочерью бывшей любовницы своего бывшего мужа (об этом я узнала от Лешека, он тоже смотрит). А диалоги?
— Мы можем поговорить? — спрашивает сын.
Мать поворачивает голову и смотрит ничего не выражающим взглядом.
— Поговорить? — переспрашивает она после минутного молчания.
— О Риде. — Имеется в виду второй сын.
— О Риде? — удостоверяется мать.
— Да. Он провел эту ночь вне дома. — После этого сообщения наступает минута молчания. — Вернулся лишь под утро.
— Ты полагаешь, он был у Бруки? — Имеется в виду та кисочка, у которой ребенок от папочки Рида.
— А ты как думаешь? — Сын поворачивает голову и вперяется в мамочку точь-в-точь как тиранозавр рекс.
— Интересно, провели ли они ночь вместе? — выказывает живейший интерес мамочка.
— Интересно, как они провели ночь? — тоже интересуется брат Рида. — И что делали?
Я тут же представляю себе подобный разговор в нашем семействе. Субботнее утро. Мама в золотом шлафроке наслаждается бокалом вина и одновременно ласкает взглядом душистый горошек, цветущий на балконе. Мой брат Ирек выходит из ванной с прической, уложенной феном. Одетый в обтягивающую футболку, он наклоняется, чтобы каждый мог полюбоваться твердыми, как бетон, трицепсами (ни капли лишнего жира).
— Вино пьешь? — спрашивает он маму.
Та наклоняет голову и всматривается в бокал.
— Вино? Я хотела бы поговорить.
— Поговорить? — удостоверяется Ирек, поправляя локон.
— Да, о Малине.
— О Малине? Почему о Малине?
— Ее не было ночью.
— Она провела ночь не дома? — удивляется Ирек. — Это любопытно.
— Да, и я вот все думаю, с кем она ее провела. — Мама отпивает большой глоток вина, крупным планом мощная челюсть Ирека. — Интересно, уж не с Рафалом ли?
— А может быть, с кем-нибудь новым, — высказывает предположение Ирек, напрягая очередную порцию мышц.
— Интересно, чем они занимались целую ночь… — Мама поглаживает желтый шлафрок.
— А как дела у тебя и у папы? В последнее время вы на целые дни запираетесь в спальне.
— Ты так думаешь? — загадочно улыбается мама, поворачивая голову в другую сторону.
— Что вы там делаете? — спрашивает Ирек. — Ты расскажешь мне, мама?
Загадочный взгляд мамы и финальные титры.
Почему люди смотрят такие дурацкие фильмы? Почему я смотрю? К счастью, есть и другие сериалы.
10.08. Позвонил Вальдек:
— Привет, крошка. Это Вальди звонит.
— Привет, Вальди.
— Как дела?
— Помаленьку.
— А как переезд?
— Нормально.
— А все остальное?
— Тоже нормально, помаленьку.
— Ну и хорошо. Тогда пока.
И он положил трубку. Прежде чем я собралась раскинуть мозгами, чтобы понять, в чем смысл этого разговора, телефон заверещал снова.
— Это опять я.
— Узнала.
— Я вот хочу тебя спросить… — долгая пауза, — не хочешь ли ты сходить со мной в кино посмотреть какой-нибудь фильм.
Ну и ну. Свеженький моделин. Прямо из писчебумажного магазина.
— В кино??? — я не скрывала изумления.
— Ну да. Мне показалось, что ты любишь кино. Так как? Принимаешь приглашение?
Я бросила взгляд на пустой кошелек, а потом устроила короткую экскурсию в будущее. Сперва мы пойдем в кино. Потом на пиво. Потом, возможно, на дискотеку. Вальди влюбится, а я? Использую его как моделин, которым залеплю место, оставшееся пустым после Рафала и Прекрасного Незнакомца? Это не есть хорошо. Второй вариант. Я влюбляюсь, подзалетаю, а дальше все как в новелле Иолы о молодом красавчике. Тоже не есть хорошо. Ладно, разрешу эту проблему честно и без уверток. К сожалению, слишком поздно.
— Слушай, Вальди, — начала я, — ты классный парень, перед тобой большое будущее. А я? Говорить неохота. Мешок проблем, истинный ящик Пандоры.
— Я хотел лишь пригласить тебя в кино, — отвечал Вальдек, — а ты мне про ящики…
— Но ты же не любишь кино, — принялась я объяснять. — А раз ты идешь на такую жертву, это значит, что я тебе нравлюсь.
— И что в этом худого?
— Ничего, только…
