Мы едем по предзакатному Лос-Анджелесу. Я давно не чувствовала себя так, как в последние недели. Даже несмотря на то, что Алан загрузил наше расписание, с чем я разберусь при ближайшей встрече, я ощущаю себя иначе. Словно сделала глоток свежего воздуха после долгого заточения.
Постукивая пальцами по рулю, Рэйчел подпевает очередному хиту.
Выйдя у дома из машины, она хватает меня за руку и тянет в сторону лифта. Не знаю, то ли алкоголь так на меня действует, то ли отлично проведенный день, но мы дурачимся с сестрой в лифте и продолжаем петь песни, даже когда оказываемся в пентхаусе.
– Ох, Алекс, я звонила тебе несколько раз, но твой телефон отключен, – Мария подбегает к нам, перекрещиваясь на ходу.
– В чем дело? – серьезно спрашиваю я.
Все веселье испарилось за мгновение.
– Детка, я соскучился, – слышу я знакомый голос из своей квартиры.
Из-за угла появляется Брайс с огромным букетом роз и самой наглой улыбкой, которую только можно придумать.
– Выметайся! – я вскидываю руку и указываю Брайсу на дверь.
Он растягивает губы в еще большей улыбке. Положив букет на стол, парень засовывает руки в карманы потертых модных джинсов, подходит ко мне и, остановившись в паре шагов, пытается меня коснуться.
Резко отпрянув назад, я ударюсь спиной о стену.
Поверить не могу, что он заявился в мою квартиру после того, что он наговорил прессе о наших отношениях за последние месяцы. Я, в отличие от него, хотя бы хранила молчание. Да, я вышвырнула его вещи из дома через окно, и эти фото несколько недель блуждали по интернету. Но этот мерзавец не умеет держать язык за зубами. Он то и дело рассказывал, как задыхался, потому что я не давала ему свободы.
Что ж, сейчас я вполне могу превратить его слова в реальность и придушить собственными руками.
– Детка, давай поговорим, – Брайс проводит рукой по темным волосам, и несколько прядей падают ему на глаза.
– Клянусь богом, если ты сейчас не уберешься, я вызову охрану! Выметайся, Максвелл!
Игнорируя мои слова, он разворачивается и идет в гостиную, нагло садится на диван, а затем, глядя прямо мне в лицо, похлопывает ладонью по обивке рядом с собой, словно приказывая мне сесть рядом.
– Я понимаю, ты очень на меня злишься, но я пришел загладить вину, – откинувшись на спинку дивана, он внимательно смотрит на меня. – Ты сменила имидж. Мне нравится. Рэйч, я так понимаю, это твоих рук дело, – он подмигивает сестре.
Но та молча стоит рядом со мной и лишь сверлит его взглядом.
Только сейчас я вспоминаю, что мы с ним не одни.
– Ты говнюк, – заключает сестра. – Если нужна будет помощь, чтобы выставить его отсюда, только крикни, – говорит она мне и оставляет нас одних.
Она берет покупки, демонстративно проходит мимо Брайса не глядя на него и, хлопнув дверью, скрывается у себя в комнате.
Какими бы разными мы ни были, Рэйч встала на мою сторону, когда весь Голливуд трезвонил о нашем разрыве. Я была удивлена. Они с Брайсом легко нашли общий язык, и в тех редких случаях, когда мы собирались всей семьей, эти двое были неразлейвода.
Мария, видимо, тоже ушла в свою комнату.
Теперь мы действительно остались одни. Но ничего, кроме гнева, я к этому человеку не испытываю.
Пройдя в центр комнаты, я складываю руки на груди и смеряю бывшего взглядом.
– Мы можем поговорить? – он вновь улыбается.
Я фыркаю.
– Нет.
– Алекс, я просто хочу поговорить. Мы столько лет были вместе, глупо все портить из-за одной ошибки.
От его наглости я не сразу нахожу что сказать.
Ошибиться можно, купив виноград, на который у меня аллергия, что, к слову, он часто делал. А этот мерзавец устраивал оргии каждый божий день, когда меня не было рядом.
– Я же знаю, ты скучаешь по мне.
– Максвелл, слава затуманила тебе разум? Что за чушь ты несешь? Проваливай к Кэндис или с кем ты сейчас развлекаешься!
На его губах опять появляется ухмылка.
– Ты всегда так сексуально ревновала меня. Детка, я готов понести самое суровое наказание.
Мне кажется, что я сейчас говорю на китайском и этот идиот не понимает ни единого слова.
Он вообще понимает, какой бред несет? Буквально неделю назад он демонстративно притащил эту куклу на мое выступление.
Сделав глубокий вдох и закрыв глаза, считаю до пяти, чтобы успокоиться.
– Послушай меня внимательно. Первое – ты мне никто, чтобы я ревновала тебя! – я специально показываю на пальцах, чтобы до него дошло. – Второе – я тебя не люблю. Третье – выметайся, черт побери, из моей квартиры и катись на нижние ступеньки хит-парада! Где тебе, кстати, самое место.
Я специально бью его по больному.
Брайс сжимает челюсти и возмущенно вскидывает руки.
– Да в чем проблема? Ну переспал я с несколькими фанатками! Что такого?! Я живой человек, и у меня есть потребности! Если бы это сделала ты, то у меня даже претензий не возникло.
Во мне вскипает гнев.
– В том и дело, что свои потребности я задвигала куда подальше ради тебя, эгоистичный ты засранец!
Брайс вскакивает с места и, взяв со столика сигареты, хлопает себя по карманам в поисках зажигалки.
