– Я не понимаю, – бормочу я.
Мне кажется, земля уходит у меня из-под ног.
– Когда ты последний раз была дома? Когда звонила родителям? Когда просто приезжала, чтобы побыть с ними? Помнишь? Я – нет. Тебя никогда нет! – с упреком произносит она.
– Ну извини, что я вкалываю, чтобы у вас все было! – огрызаюсь я.
– А кто тебя об этом просил? – кричит Рэйчел. – Мы были счастливы! Пусть нам не хватало денег, но мы были вместе. А потом ты просто уехала от нас. Да родители из новостей и журналов узнают больше, чем от тебя. Братья уже не помнят твой голос.
У меня посреди горла встает ком, который не дает ни единому слову вырваться наружу. Да, я уехала, но сделала это только для того, чтобы добиться успеха и чтобы моя семья ни в чем не нуждалась.
– Знаю, раньше я подводила тебя. Знаю, что вела себя как эгоистка. Но людям свойственно меняться. Признавать свои ошибки. Учиться на них. Я рассталась с Коди после… Неважно, мы просто расстались. А роль, которую Алан выбил для меня, я бросила. Там был небольшой пункт о том, что надо переспать с режиссером.
– Что? – я с ужасом смотрю на сестру.
– Все это время я работала официанткой в кафе.
– Рэйчел, я…
– Не утруждайся, – гордо вскинув голову, она разворачивается и, открыв шкаф, хватает джинсовку. – Ты отреагировала так, как и должна была. Глупо было надеяться, что ты просто мне поверишь. Я не сливала никакой информации и больше тебя не побеспокою.
Сестра проходит мимо меня и направляется к выходу.
– Рэйчел, подожди! – кричу я и бегу за ней.
Схватив ее за руку, пытаюсь остановить, но сестра упрямо идет дальше. Лишь открыв дверь, она на мгновение оборачивается:
– Видимо, я и правда хорошая актриса, раз ты на протяжении целого месяца верила каждому моему слову. А может, тебя просто устраивало, что я не мешаюсь у тебя под ногами.
Скинув мою руку, она захлопывает дверь прямо у меня перед носом.
Очень странно просыпаться там, где ты не был слишком долго. Я все еще лежу с закрытыми глазами и отчетливо слышу, как на кухне мама готовит завтрак и причитает, жалуясь на отца. Как он выходит на улицу и свистом подзывает собаку. Как в амбаре фырчат и бьют копытом лошади, привлекая к себе внимание.
Ранчо постепенно просыпается.
Открыв глаза и откинув одеяло, я встаю с кровати. Комната совсем не изменилась с того момента, когда я был здесь в последний раз. Белые шторы на окнах, деревянный стол, на котором стоят несколько фотографий в рамках, маленький и пустой шкаф, на стенах висят постеры любимых фильмов. А у кровати стоит стеллаж, заваленный книгами и атласами: чтобы ехать покорять мир, надо было хоть немного к этому подготовиться. Мама говорила, что если я захочу от чего-нибудь избавиться, то сделаю это сам.
Половицы тоскливо скрипят под ногами. Надев спортивные брюки и майку, захожу в ванную и быстро умываюсь. Все кажется таким знакомым и родным, но, с другой стороны, я чувствую себя здесь чужаком.
Когда я спускаюсь по лестнице, в нос ударяет аромат жареного бекона, яиц и оладий. Захожу в кухню и вижу маму: она суетится около плиты и наливает новую порцию теста в сковороду.
– Доброе утро.
От неожиданности она подскакивает.
– Господи, ты меня напугал! – восклицает мама, схватившись за сердце. – Доброе утро, сынок, – она подходит ко мне и, поцеловав в щеку, крепко обнимает.
Мы стоим так некоторое время. Мама прижимает меня к себе, ее руки гладят мою спину, и у меня щемит сердце от этого. Я обнимаю ее в ответ и прикасаюсь губами к ее макушке. Мне так ее не хватало. Глупо было бегать в поисках спасения по всему миру, когда можно было просто остаться дома.
С тех пор, как вчера ночью я переступил родной порог, мама не перестает улыбаться и плакать. Я приехал чуть за полночь, но Брэнда Райли была готова начать замешивать тесто для пирога в ту же секунду, как услышала из дома мотор моего пикапа.
– Оладушки! – мама быстро отстраняется от меня и подбегает к плите, чтобы перевернуть выпечку. – Как тебе спалось? Я ничего не трогала в твоей комнате. Если кровать неудобная – в чем я не сомневаюсь, – мы можем ее поменять.
– Мам, все хорошо, – сажусь за стол и пытаюсь сдержать смешок.
Кровать и правда маловата, поэтому сегодня мы с Крисом поедем в город и купим что-нибудь поудобней. В конце концов, я спал на ней, когда был подростком.
– Держи, – мама ставит передо мной огромную тарелку с завтраком, и мой рот сразу наполняется слюной.
Она с улыбкой смотрит на меня, а затем открывает холодильник и достает оттуда бутылку с апельсиновым соком.
Мне кажется, я не ел целую вечность: мой желудок громко урчит, стоит кусочку бекона оказаться во рту. Увидев мою реакцию, мама улыбается еще шире. Даже если бы я был сыт до отвала, я бы все равно поел, чтобы увидеть тот восторг, который отражается на ее лице.
– Расскажи мне, как вы добрались? Больше сотни миль проехать, кошмар какой-то! – причитает она.
В этот раз я не могу сдержать смех. Наверное, я навсегда останусь для нее маленьким ребенком.
Наполнив стакан соком, она садится напротив меня.
