Вот теперь подаем наше блюдо. Рыба, к рыбе – картошка, рыбку поливаем растопленным маслом, а картошку – соусом. А почему по-мельничьи? Представления не имею – может, это блюдо нравится мельникам? Так ведь не только мельникам – можно было бы назвать рыбой по-крестьянски… или по-инженерному… или по-учительски… собственно говоря, это и неважно. Во всех случаях надо запомнить этот рецепт и непременно приготовить себе это блюдо. Не совсем наше, немного непривычное, но это даже приятно. У современного национализма на самом деле два облика – злобный, хорошо известный всем, и легкомысленный, неумело притворяющийся космополитизмом. Он подменяет разумный тезис о том, что все народы равноправны и равно достойны счастья и уважения своих обычаев в той мере, в которой они не стесняют такого же уважения к прочим обычаям, нелепым утверждением, что все вообще одинаковы и никакого отличия, скажем, между чехом и суданцем нет и быть не может. При первом взгляде на стоящих рядом чеха и суданца этот тезис становится сомнительным, но что ему – он защищает как может интересы своего народа, состоящего из него лично и парочки приятелей. Не надо ни отменять, ни отрицать историю – она опора, с которой мы и можем двигаться дальше. Болгарская кухня, как и болгарская одежда, обладает яркостью, индивидуальностью и своей неповторимой красотой. А со злобной версией национализма мы не согласны в другом – эта кухня может радовать и нас не меньше, чем болгар. Так же как и нашей кухне есть что предложить болгарам и всем другим народам – чтоб жить лучше, красивее и вкуснее. Изучайте блюда друг друга – это сближает народы, причем в очень приятной области, с обоюдным удовольствием: «Как вкусно они готовят!» – «Как вкусно я его накормил!» Что в этом плохого?
Ингредиенты
2 небольших пеленгаса, 800 г картофеля, 1 пучок петрушки, 1 стакан белого вина, полпачки масла, 1 лимон, соль, перец.
Как вы, наверное, уже догадались, человек я слабохарактерный, во всяком случае сына разбаловал. Телепрограмму мою он смотрит достаточно аккуратно и время от времени требует, чтобы я приготовил именно это блюдо из программы, а если нет, начинает перебиваться сухомяткой – отцу ведь смотреть больно. Насильно есть его я не заставляю – раз он голодовки не объявлял, требований не выдвигал, с плакатами не ходил, то и принудительное кормление здесь неуместно. Тем более толку от голодовки чуть. Начинаешь голодовки, чтобы свергнуть власть, которая обращает внимание на твои голодовки, и устанавливаешь власть, которой на твои голодовки чихать, – это у нас уже было. Поэтому я интересуюсь у Гоши: «Чего ты хочешь?» Приготовить не жалко, тем более что соловьиные язычки в соусе из райских птиц он у меня не требует – как ни странно, в это смысле он мальчик небалованый. Но так я поступаю, когда время есть, а когда времени нет, я просто спрашиваю: «Хочешь тефтели по-гречески?» Он радостно визжит: «А когда?» Улыбаюсь про себя и отправляюсь на кухню их готовить. Сейчас и вам расскажу. Готовим тефтели по-гречески.