Последний раздел учебника начинался с картинки, изображающей Носферон, а над ним в небе огромную фигуру в балахоне с капюшоном, а вместо лица – череп, и костистые длинные пальцы, тянущиеся к зданию Носферона. Смотреть даже на приблизительное изображение некроманта было жутко настолько, что мурашки побежали по коже, и Соня пролистнула дальше.
– «Началом новейшей истории решено считать заключение новой Конвенции тайного мира взамен старой, законы которой перестали работать, – вслух начала читать Соня. – Старая Конвенция включала три главных закона: домовое право, которое разрешало нечисти жить на земле, однако ограничивало темный народ в правах; магическое право, дающее магам основания для ограничения и наблюдения за нечистью; и дневное право для людей, которые получили возможность спокойно жить в незнании. Однако державшаяся долгие годы первая Конвенция пришла в упадок и начала рушиться: светлые маги перешли к убийствам нечисти, забыв об изначальном смысле магического права. Прямое столкновение с ними уже в новейшей истории привело к их поражению, в результате чего Магиструм пал, а светлые маги отныне считаются утратившими силу и власть.
Главной заслугой Огневой можно считать, что она успела заключить новую Конвенцию тайного мира уже на самом пороге Тьмы. К сожалению, подробности этого во многом неизвестны, только то, что благодаря своим врожденным способностям Огнева увидела, как заключалась прежняя Конвенция, и повторила древнюю магию. Поэтому в современном тайном мире отныне существуют три главных магических права и их держатели: Темнейший, он же студент Носферона Гильс Муранов, который правит нечистью на земле; Морок, он же студент факультета троллей Егор Бертилов, который держит дневное право; и Верховная ведьма, она же Дарья Ивлева, держащая магическое право колдунов и ведьм…»
– Еще немного, и я сама попала бы в этот учебник! – воскликнула Дрина. – Ой, который час?
Все три девушки вдруг поняли, что долго не смотрели новости, и полезли в свои сумочки – каждая судорожно искала телефон, и только Дрина, как нечисть, действовала быстрее и успела первая. Выхватив из сумки розовый планшет, она поставила его на стол, прислонив к настольной лампе.
На экране закрутилась заставка «Супердомовой тайного мира», спина в полосатом халате, крупным планом чашка с дымящимся кофе, а потом появилась худенькая, но самодовольная физиономия подростка с фиолетовыми глазами, мутно горящими в полутьме.
– Перерывчик минутный закончен, френды! Кофеек ночной себе плеснул, теперь вернемся к обзору новостей. – Домовой Диня Ливченко, который среди нечисти был одним из самых скандальных и успешных блогеров, шумно отхлебнул из чашки. – Только что сообщили, что после удара ведьм по Темнейшему и Мороку, который произошел у дома Огневых на Садовой улице, весь двор покрыт трещинами в асфальте, а черный мох расползается по стенам домов. Когда нам ждать событий? Темнейший и Морок должны вернуться из Тьмы, они, согласно новой Канве, бессмертны, как и Верховная ведьма. Ах, эта Дашечка Ивлева, и ее темное прошлое вы можете отыскать в моем блоге во всей красе! Ха, я еще помню, как Дашечка гоняла по Москве на своем «Бентли» как волонтер Темного Департамента, а потом загремела в питерскую больницу и там стала вампиршей-незаконкой… И только благодаря нелепой случайности получила власть над ведьмами всей земли! Важная такая стала, у-у! Но мы-то, хи-хи, с вами знаем. – Домовой захихикал в кулачок. – Зна-аем…
– Наглый он до ужаса, – поморщилась Дрина. – Но все его смотрят, и подписчиков он набирает с космической скоростью.
– Вытащат ли они Огневу, ради которой все это и затеяли? Если провалились они во Тьму на этом… как его… разломе времени, то есть в полночь, то вернуться должны на рассвете. Рассвет у нас первого ноября в восемь двадцать утра, осталось всего-то несколько часов… но пока ничего не происходит, подписывайтесь на меня и ставьте лайки, йоу!
– У Ливченко один пустой треп! Отпишусь от него, – возмутилась Дрина, закрывая блог домового. – Ладно, остался самый действенный способ узнавать настоящие новости…
Девица достала телефон и долго изучала бесконечный список ухажеров, поклонников, симпатий, бойфрендов и френдзон, который у каждой настоящей кикиморы исчислялся десятками или сотнями имен, после чего набрала чей-то номер. Сначала очень долго слышались гудки, потом на звонок все же ответили.
– Какая тварь трезвонит не вовремя?! – проорал чей-то голос сквозь свист и шум ветра. – Не вижу, кто на рабочий номер, башку оторву… Гера, опять ты, не слышу?! Высота девятьсот метров, осматриваю окрестности. Пока не вижу никаких воронок, порталов и так далее. Если кто вернется из Тьмы, то не в мою смену…
– Сереженька, это я, Дрина! – звонким серебристым голоском пропела кикимора. – Дрина Веснич, узнал?
– Ах, это Дриночка?! – восхитились в трубке уже совсем другим голосом. – Так бы сразу и сказала, а то я подумал, упырь какой звонит! Солнц, да ты очень вовремя позвонила! Я как раз тебя вспоминал… Как ты?
