Владимир Лебедев полностью

Он задавал себе уроки и в течение всей жизни их выполнял. Занимался он этим абсолютно систематически, строго и жестко. В основе всегда лежала очень ясно поставленная задача. Собственно говоря, он никогда не делал того, к чему не был подготовлен: каждый последующий этап его работы был предопределен освоенным запасом умения. Он ничего не делал экспромтом и не экспериментировал. Он лишь ставил перед собой задачу, которая должна была быть решена.

Он считал, что если у кого-то учиться в сфере искусства, то надо учиться у артистов балета и цирка, и часто про них говорил: «Если не точно, если не рука в руку, то, значит головой в восьмой ряд партера. Так же надо относиться и к нашей профессии». Профессионализм — это то, без чего он не представлял себя в искусстве <…>.

Выставка Лебедева 1928 года была колоссальным событием в жизни нашего города. О человеке сложилась массы легенд, и вдруг появилась возможность увидеть всё, что он делал. Но выставка далеко не всех убедила в том смысле, что оказались раскрытыми лишь волновавшие многих секреты и тайны художника. Были очень популярны в ту пору мастера, которые говорили, что здесь всё же не без коварства, что у Лебедева есть какая-то «секретная логарифмическая линейка» дома, с помощью которой он может так безукоризненно точно попадать. И даже были такие, которые предлагали с ним соревноваться, но при условии, что Лебедев будет заперт с конкурентом в отдельную комнату.

Если бы кто-то спросил его о секретах его мастерства, то он бы очень изумился. Он старался работать всегда так, чтобы было видно, как это сделано. Он принадлежал к тому поколению художников, которые считали своим долгом обнажение приема, т. е. раскрытие тех средств, которыми пользовались. Он говорил: «Наш виноград птички клевать не прилетят. Условность — это один из самых основных и важных законов живописи» <…>

Лебедев был кубистом и был реалистом и сам он себя так называл. Он никогда не настаивал на том, что у кубизма необходимо учиться. Но вместе с тем он совершенно не допускал того, что в наше время выводы, которые должны были сделать из кубизма, могли бы игнорироваться. Он без конца говорил: «после кубизма», и отсюда следовало, что это «что-то» открывает новое. Поэтому он, не будучи кубистом до конца, считал кубизм не только значительным явлением, но и обязательным для художника.

Что касается реализма, то он не рассматривал его как эстетическую концепцию. Он считал, что это прежде всего любовь и знание жизни. Он ценил тот жизненный опыт, который должен быть у художников.

^{Владимир Лебедев с сестрой. Конец 1890-х}

^{В рыцарском костюме с игрушками. На барабане — самодельные картонные игрушки. Начало 1900-х}

^{В боксерском костюме. 1914}

^1910-е

^{На Неве. 1920-е}

^{Мастерская Михаила Бернштейна. Слева — Сарра Дармолатова, Владимир Козлинский, в центре — Владимир Лебедев. 1912–1914}

^{С натурщиком-боксером. Второй слева — Владимир Лебедев, справа — Сарра Дармолатова. 1914}

^{В редакции детской литературы ленинградского отделения Госиздата. Слева направо: Н. М. Олейников, В. В. Лебедев, З. И. Лилина, С. Я. Маршак, Е. Л. Шварц, Б. С. Житков. 1927}

^1920-е

^{В мастерской с работами «Женщина с гитарой» (1930) и «Обнаженная с гитарой» (1931). Около 1935}

^{В мастерской с книгой «Сказки, песни, загадки». 1950-е}

^{В мастерской с иллюстрациями к сказке Л. Толстого «Три медведя». 1950-е}

^{Владимир Лебедев с самодельными картонными игрушками своего детства. Художник хранил их в мастерской и показывал Вс. Петрову (см. главу «Юность художника», с. 14). 1950-е.}

^1950-е

^{Фотопортрет с трубкой. 1946}

^{С женой Адой Лазо. 1950-е}

¹⁹⁴⁶

^{Конец 1950-х}

¹⁹⁶¹

^{В мастерской с портретом А. С. Лазо (1954). 1960-е}

^{Владимир Лебедев и Ада Лазо. 1960-е}

Издатели Александр Иванов, Михаил Котомин, Дмитрий Мордвинцев

Главный редактор Кася Денисевич