Владимир прикусил губу. К этому моменту почти все сотрудники уже углубились в работу; их примеру спешно последовали и те, кто до сих пор поглядывал на Осташова. В зале стоял гомон и деловой шум: звенели телефоны, слышался ожесточенный стук пальцев по клавишам, противно визжали принтеры (в первой половине 90-х – а эта история происходила именно тогда – большинство офисов были оснащены визгливыми игольчатыми принтерами).
– Миша! Ну что ты давишь на человека? – сказала соседка Владимира.
При этом взгляд ее, устремленный на Осташова, стал не просто томным, а многотомным, словно между нею и Владимиром уже давно сложился роман – отменно длинный, длинный-длинный. Она тряхнула своим бантом на затылке, поднялась и приблизилась к Осташову.
– Володя у нас новенький. Мы его должны опекать. Ты, Миша, иди, работай, я Володе сама все объясню.
Варламов не преминул удалиться, а Осташов встал и пододвинул стул соседки к своему столу. Она с кокетливостью поблагодарила, заняла предложенное место и сказала:
– Меня зовут Ия. Странное имя, правда?
– Да нет, нормальное, – ответил, садясь рядом, Осташов.
– Ты чем занимался, пока к нам не пришел?
– Ничем особо. В принципе я художник, но за это сейчас не платят, – сказал Владимир и деловито уставился в монитор, давая понять, что готов к обучению и не хочет терять ни секунды.
Ия подтянула к себе клавиатуру и начала нажимать на клавиши.
– Как находить в компьютере квартиры, ты записал? Кстати, ты, небось, женат?
– Э-э… нет.
– Ага. Ну, теперь пиши, как искать покупателей, если тебе нужно впарить квартиру. Этот список гораздо меньше, чем список квартир: клевые покупатели всегда в дефиците. Все вот эти клиенты, которые висят в базе данных, как правило, ищут хату давно и никуда не торопятся. Жмоты, за копейку удавятся. Им подбирать варианты офонареешь. Короче, в этот компьютерный список можешь не лазить, там полный безмазняк. Лучше дождись своей очереди, когда тебе дадут поработать с хорошей свежей заявкой. Этих покупателей распределяет наш начальничек Шура Мухин. А принимает заявки технический секретарь. Вон она, Катька, в углу сидит, по телефону треплется. Ты с ними дружи, и все будет пучком. Врубинштейн?
– Понятно. А какие квартиры называются убитыми?
– «Убитая» значит вдрызг раздолбанная, грязная, может быть, даже после пожара.
В это время кто-то из сотрудников по соседству, перекрывая общий шум, закричал в телефонную трубку:
– Рома, очень плохо слышно, ты мне скажи: квартира-то живая?
Услышав это, Осташов спросил:
– Если «убитая» значит грязная, то «живая» – это чистая?
– Нет, – ответила Ия. – Живая хата может быть совсем, совсем не чистой. Живая – это та, которая сейчас, ну, на данный момент, еще не продана, то есть она в наличии, в продаже. А «чистая квартира» на маклерском языке значит не то, что квартира опрятная, что обои не оборваны и все такое, а то, что документы на нее в полном порядке, без подделок, что она без обременений и прочей фигни, вот тогда она чистая. А если ты хочешь кому-то из маклеров сказать, что в квартире все аккуратно и ничего не поломано, то не надо говорить, что она чистая, надо говорить: «в хорошем состоянии». Тогда тебя поймут, ну…
– Адекватно, – подсказал Владимир.
– Что?
– Поймут как надо.
– Точняк, – подтвердила Ия, с уважением посмотрев на Осташова. – Умница какой. Короче, то ли у Мухина, то ли из компьютера берешь заявку на покупку, по этой заявке подбираешь подходящие варианты, звонишь по этим квартирам и узнаешь, проданы – не проданы.
– То есть живы они или нет?
– Ага. Потом звонишь покупателю и предлагаешь ему живые варианты. Если клиенту что-то понравится, договариваешься с ним и с хозяином квартиры, когда можно устроить просмотр. Потом идешь с клиентом на хату и показываешь ее. Если повезет и квартира понравится, то проверяешь документы на нее – с этим тебе на первых порах Мухин поможет. Вот и всё. Дальше происходит сделка – и все довольны, все смеются.
– Ну, все ясно.
Осташову захотелось немедленно избавиться от ее общества. Слишком много жеманности, стало невыносимо душно, он резко встал и со словами «Ладно, пойду покурю» отправился на свежий воздух.
На крыльце он застал вихрастого охранника, который впустил его полчаса назад. Тот оглядывал окрестности – сигарета во рту, руки в боки.
– Чего, взяли на работу? – спросил он, увидев Осташова.
– Да. В отдел продаж.
– Ну, тогда будем знакомиться, – сказал охранник, протянув руку. – Ты Володя, а я Гриша. У нас в охране еще один Григорий есть, мой сменщик. Но он Смирнов, а я – Хлобыстин. Ну, рассказывай, откуда ты? Шарашил сам-один как частный маклер или тебя из другого агентства выпиздили?
– Ниоткуда меня не выпизживали. И частным я не был. Пришел – и всё.
– А. И чего хочешь? Денег заработать?
– Нет, конечно. Я так, задаром буду.
– Да ладно тебе бычиться. Я просто спросил. Здесь большинство как ты начинают, без опыта. Не ссы, через полгода стабильно полштуки баксов в месяц заколачивать будешь.
