— Что встал деревенщина! Двигай к забору и топай вдоль него, не путайся под ногами. — Произнес здоровенный мужик, по пояс голый, в красных кожаных шароварах. Он смерил меня ехидной улыбкой, и махнув головой, откинул на бритый затылок длинный чуб, спадающий на глаза.
— О ветер. — прошептал за спиной взволнованный голос Ларинии.
Еще недавно я именно бы так и поступил, припустил бы по заборчику бегом от неприятностей, но сейчас…. Но сейчас нет. Я повернулся к девушке и спросил ее, постаравшись вложить в голос как можно больше сарказма.
— Лариния, мне показалось, или действительно здесь запахло дерьмецом? — Она прыснула в кулак и смущенно засмеялась, а я, зажав нос повернулся к детине, жестко посмотрел ему в глаза, и замахал рукой, всем видом показывая, что отгоняю от себя вонь. — Это от тебя что — ли так смердит? Ты бы помылся что ли, заликс.
Мне даже показалось, что у него пар пошел из ушей, на столько покраснел бедолага.
— Никто еще безнаказанно не оскорблял Рутыра!!! — Взревела и сжала кулаки эта гора мышц.
— Вот опять. Слышишь Лариния. — Я приложил руку к уху. — Опять кто-то воздух испортил. Слышала?
Я едва успел пригнуться, но мой берет, всё же снесло огромным кулаком. Но на этом все и закончилось.
— Стоять всем. — Зазвучал громкий голос и в нашу сторону направился крепенький седой старичок, закутанный в белоснежный плащ и с обручем на голове стягивающим длинные, до плеч волосы. — Опять ты Рутыр буянишь, отделают тебя когда-нибудь так, что встать не сможешь, — он говорил прямо на ходу, в длинную седую бороду, рассматривая меня внимательным взглядом.
— Не. — Заржал злосчастный Рутыр, вставая на одно колено и склоняя голову, не вылупился еще такой цыплёнок на свете, а если все-таки такой найдется, я ему жизнь отдам. Только не бывать такому.
Лариния тоже приклонила колено.
— Ну и дурак же ты. — Буркнул старик и посмотрел мне в глаза. — Фаст Кардир? — Он скорее не спрашивал, а констатировал факт.
— Да, — я хлопнул по груди ладонью в приветствии.
— Я Фаст Борюкс, вождь здешних племен. — Он так же прижал ладонь к груди. — Надеюсь ты не в обиде на этого охламона?
— Я в обиде, он меня оскорбил, и плевать мне на то, какой он фаст, и какой Кардир, по морде однозначно сегодня получит. Закон таков. Я его на поединок вызываю. — Забубнил детина, не поднимая головы.
— Поимей совесть Рутыр, — Лариния заговорила так же, не поднимая головы. — Ты же первый его толкнул.
— Тогда он пусть меня вызывает. — Засмеялся тот.
— Твой выбор фаст. Ты в праве отказаться. Местный Фаст стрельнул хитрющими глазами.
А не сговор ли это? Ну что за тудыт, растудыт. Стоит мне только где-нибудь оказаться, так сразу непременно вляпаюсь в неприятности. Вот что мне делать? Этот детина в два раза больше меня. Уроет меня с одного удара. Но и отказаться никак. В глазах, собравшихся поглазеть на представление жителей этого поселка, буду выглядеть трусом. А что подумает девушка, вообще лучше промолчать. Нет уж.
Я изобразил на лице полное равнодушие и пожал плечами. — Ну что же, мне еще один фастир не помешает, а то у меня все зеленомордые, будет хоть одно светлое лицо.
В глазах деда мелькнула искра уважения.
— Идемте тогда за ворота. В поселке поединки запрещены.
Драться предстояло на кулаках. Здоровенный детина стоял передо мной на поляне, и разминал шею. Такой своего рода бык переросток. Гора мышц неотягощенных разумом. Но сомневаюсь, что это так. Стереотипы вредны, а в данном случае для моего здоровья. Судя по его глазам разум там есть и немалый. Роль он свою играет, засранец такой. Точно ведь подстава. Ну ничего, не на того напали.
Он крутил запястьями, перевязанными ремням напротив меня, в костюме Адама, только срамное место прикрыв гульфиком, наверно фасон у меня спер как-то, гаденыш. Все чего — то ждали, а я рассуждал над тем, как сделать так, чтобы меня не убили сразу. Была одна мысль, но настолько глупая, что я гнал ее от себя поганой метлой, но она, зараза такая, так и стремилась пролезть в подкорку и зацепится там за извилины.
— По правилам в бою на поляне, следует быть обнаженным. — Прозвучал голос Борюкса.
Во как. Банальную драку один на один обозвали: «Бой на поляне», они бы еще дуэльный кодекс изобрели. Интересно, а ограничения тут есть какие-нибудь, кроме мужского стриптиза? Я скинул с себя пиджачок, оставшись только в штанах. Свой-то гульфик я дома оставил.
— Надо обнажится полостью. — Настаивал голос.
А вот хрен вам. Еще не хватало тут сверкать своими достоинствами. Перебьетесь.
— Это ваши правила, а мои не позволяют мне обнажаться ниже пояса. Да и боюсь за душевное состояние Рутыра, вдруг не выдержит зрелища и упадет. — Нашелся я с ответом. — Если вас не устраивает, зачтем моему противнику поражение и разойдемся.
— Ну уж нет. — Заржал мой соперник. — Ничего там такого у тебя не может быть, что бы я не выдержал, да и наплевать мне в штанах тебе мозги выбить, или без них. Я согласен на бой на его условиях.
