Владимир Высоцкий полностью

Пожары над страной всё выше, жарче, веселей,

Их отблески плясали в два притопа, три прихлопа, —

Но вот Судьба и Время пересели на коней,

А там – в галоп, под пули в лоб, —

И мир ударило в озноб

От этого галопа.

Шальные пули злы, слепы и бестолковы,

А мы летели вскачь – они за нами влет, —

Расковывались кони – и горячие подковы

Летели в пыль – на счастье тем, кто их потом найдет.

Увертливы поводья, словно угри,

И спутаны и волосы, и мысли на бегу, —

А ветер дул – и расплетал нам кудри,

И распрямлял извилины в мозгу.

Ни бегство от огня, ни страх погони – ни при чем,

А Время подскакало, и Фортуна улыбалась, —

И сабли седоков скрестились с солнечным лучом, —

Седок – поэт, а конь – пегас.

Пожар померк, потом погас, —

А скачка разгоралась.

Еще не видел свет подобного аллюра —

Копыта били дробь, трезвонила капель.

Помешанная на крови слепая пуля-дура

Прозрела, поумнела вдруг – и чаще била в цель.

И кто кого – азартней перепляса,

И кто скорее – в этой скачке опоздавших нет, —

А ветер дул, с костей сдувая мясо

И радуя прохладою скелет.

Удача впереди и исцеление больным, —

Впервые скачет Время напрямую – не по кругу,

Обещанное завтра будет горьким и хмельным…

Легко скакать, врага видать,

И друга тоже – благодать!

Судьба летит по лугу!

Доверчивую Смерть вкруг пальца обернули —

Замешкалась она, забыв махнуть косой, —

Уже не догоняли нас и отставали пули…

Удастся ли умыться нам не кровью, а росой?!

Пел ветер все печальнее и глуше,

Навылет Время ранено, досталось и Судьбе.

Ветра и кони – и тела и души

Убитых – выносили на себе.