– А я знаю, что никакая ты не купчиха. Надсмотрщик угадал? Ты содержанка, да? И ещё я знаю, что ты прекрасно поняла его слова.
– Шлюхам хотя бы платят. В отличие от рабов.
– Слушай, чего тебе от меня надо, а?
– Хочу, чтобы ты сделал то, что хорошо умеешь делать. Украл. Точнее, чтобы это сделал твой новый маленький приятель.
– Украл ключ у надсмотрщика?
– Верно.
– А потом мы освободимся и захватим корабль. Это и есть твой великий план?
– Если у тебя имеется другой, я с удовольствием его выслушаю.
– Конечно, имеется. Мой собственный. Видишь ли, в чём дело, меня зовёт к себе сам хозяин этой посудины. Довольно состоятельный тип, под Воларом у него обширное поместье, а целое крыло здания отдано под гарем из молодых мужчин, привезённых со всех уголков света. Я там буду первым его трофеем из Объединённого Королевства. Меня будут баловать и нежить, тогда как ты будешь ежегодно щениться, пока матка не отсохнет.
– И это все твои желания? Чтобы с тобой забавлялись, как с домашней собачонкой, пока ты не состаришься и не сможешь больше возбуждать хозяина?
– Не беспокойся обо мне. До того как это случится, я буду уже далеко. Целая империя раскинется передо мной со множеством сокровищ, которые можно украсть.
– Забудешь всё, что было прежде? Родной город, собственную мать? – спросила Лирна и заметила, что удар достиг цели: его рот болезненно искривился. – Где она сейчас? Ты знаешь, что с ней произошло после падения города?
Фермин раскачивался взад-вперёд, обхватив колени руками. Он вдруг сделался совсем юным.
– Нет, не знаю, – прошептал он.
– Ты говорил, что заботился о ней. Поэтому и стал воровать, да? Для неё? Хочешь сказать, теперь тебе всё равно, жива она или нет?
– Но как узнать, остался ли там кто-нибудь в живых? Остались ли там свободные?
– Я знаю как. И ты, думаю, тоже.
– Когда городская стража меня арестовала, мама подкупила начальника тюрьмы, чтобы он позволил меня подкормить. Нынешний король дозволяет кое-какие послабления для заключённых, если они, конечно, могут за них заплатить. Точнее, дозволял. – Фермин закрыл глаза, вновь стискивая колени. – Она мертва, я это чувствую.
– Ты чувствуешь это всем сердцем? Моё же сердце говорит мне, что в Королевстве ещё остались свободные люди, и они дерутся за свою свободу, пока ты здесь пал духом.
Он открыл глаза, в которых блеснули слёзы.
– Ты не шлюха, – хрипло проговорил он. – Ни одна шлюха не станет вести подобных речей.
– Помоги нам, а? Мы захватим корабль и вернёмся домой. Даю слово, я сделаю все возможное, чтобы ты отыскал её.
Он сжал зубы, с шумом выдохнул.
– Обычно я использовал ласок, крысы мало подходят для воровского дела. Но сперва мне придётся закрепить связь и только потом дать ей серьёзное задание.
– Сколько времени тебе понадобится?
– По меньшей мере три дня.
Три дня. Неприятная задержка, однако до Воларии путь неблизок, а три дня хорошего питания никому не помешают. Лирна кивнула.
– Благодарю тебя.
– Надеюсь, среди нас есть опытные моряки, – слабо улыбнулся Фермин. – Иначе мы так и будем бесцельно дрейфовать по океану.
Крысёнок уронил ягоду у ног Фермина, сел, подёргивая усами, и уставился на него блестящими глазками. Парень ласково улыбнулся и подмигнул зверьку. Крысёнок порскнул в сторону, словно его и не было. Через несколько мгновений вернулся с другой ягодой, присоединив её к растущей на полу кучке.
– Не нравится мне это, – прошипел Илтис. Его лицо пряталось в тени, однако Лирна знала, что его аж свело от подозрительности. – Обращение ко Тьме – отречение от Веры.
Лирна хотела было заметить, что ни в одном из древних катехизисов нет и намёка на Тьму, а законы о преследовании тех, кто владеет Тёмными искусствами, появились в Королевстве только после эпидемии Красной Руки. Но вряд ли Илтис был готов дискутировать на подобные темы.
– У нас нет выбора, – прошептала она ему. – Другим путём ключ не добыть.
– Она права, – согласно кивнул громила со шрамами. – Я бы продал душу хоть кумбраэльскому богу, лишь бы отсюда выбраться.
– Когда слабеет Вера, приходит ересь, – зашипел Илтис, гневно подавшись вперёд. – Я от неё никогда не отступлюсь!
– Если мы не добудем этот ключ, тебя ждут годы рабства, чтобы испытать свою драгоценную Веру, – съязвил разбойник, чем вызвал новый рык Илтиса.
– Ссорами делу не поможешь, – сказала Лирна. Илтис поджал губы и привалился к борту, уйдя в тень. – Вы помните, что надо делать? – спросила Лирна у громилы.
– Ага, – кивнул тот. – Добраться до румпеля и убить рулевого. Со мной пойдут трое самых крепких.
– Отлично. А вы, брат? – Лирна повернулась к Илтису.
– После того как снимем кандалы, будем ждать, пока охранники не спустятся для вечерней проверки. Душим их цепями и забираем оружие. Раздаём его пятерым мужикам посильнее и идём разбираться с оставшейся на палубе стражей. Каюта надсмотрщика на корме, рядом с каютой хозяина. Сперва кончаем первого, потом второго.
– А я веду остальных драться с командой, – сказала Лирна. – Постараемся оттеснить матросов на бакборт и задержать их там. Вы должны управиться как можно быстрее, чтобы помочь нам прикончить всех.
